"Порог" (СПб) №03, июнь 2001 (отчеты, статьи, рецензии)


Я - не Я

"блядь. Пиздец! Всё хуёво!" – примерно таков был смысл первого варианта начала т.н. вступительной статьи.
К счастью, на клавиатуре есть такая полезная кнопочка – "Delete".

"Ура! Мы наконец-то снова с вами! Третий номер "ПОРОГ"а вышел, несмотря ни на что!" – пафос второго варианта начала т.н. вступительной статьи опять вынудил меня воспользоваться этим полезнейшим изобретением неведомого гения.

Ибо истина находится где-то между "да" и "нет", и хотя мы отнюдь не заняты её поисками (занятие по определению бесполезное), совсем уж внаглую врать тоже не хочется.

Когда я в бытность свою студенткой уже-не-помню-чего выдумала себе первый псевдоним, под сенью коего частично нахожусь по нынешний день, суть сего лукавого поступка заключалась отнюдь не в том, что собственные паспортные данные были мне уж так уж противны. Просто в какой-то момент начали появляться симптомы не то чтобы откровенной шизофрении, но некоего виртуального раздвоения личности: одна половинка усердно динамила лекции и сдавала зачёты, ходила в магазин, в паспортный стол… словом, чувствовала себя частью социума. Вторая же присутствовала скорее в рокенроле, нежели в социуме (тогда эти вещи ей не казались прямо противоположными).

Теперь же настало время отделить друг от друга ещё dве ипостаси: абстрактно-журналистскую и редакторскую; так появилась на свет Александра Матросова. И именно она по своей извечной привычке затыкать своим несуществующим телом любое отверстие (фамилия обязывает!), появляющееся в поле зрения, решила помочь мне ответить на некоторые вопросы, появившиеся у Её Величества Меня Самой и у Его Высочества Читателя после того, как "ПОРОГ" "пошёл в массы".
Итак, автоинтервью…


А. М.: Ну и как ты докатилась до жизни такой?
С. С.: Какой?
А. М.: Да вот такой. Тебе не кажется странным, что "ПОРОГ", так же как и ранее "ОСКОЛКИ", обхаиваемы людьми, тобой уважаемыми, в то время как хвалят сии изданьица в основном провинциальные тусовщики? Не обидно?
С. С.: Да как сказать… Наверное, нет, не обидно. Делается-то это, по большому счёту, не для них – ни для тех, ни для других. А вообще это совершенно нормальная реакция: провинциальный тусовщик – он предрасположен к позитивным оценкам, он не пресыщен. К тому же на сегодняшний день провинция более живая, там ещё сохранилось что-то естественное, непридуманное (сладкий миф вечен – прим КПЧ ред.), в столицах же это давно стало интеллектуальной игрой, может быть, и интересной, но, на мой взгляд, по сути своей глубоко порочной. И столичные люди это чувствуют и даже возводят в культ, а культ тем и плох, что самоутверждается за счёт всего остального…
А. М.: А для кого же в таком случае это делается?
С. С.: Не знаю. Для себя. Для господа Бога. Для музыкантов. Для тех, кому ещё интересно жить и хотеть чего-то эдакого. Вообще вопрос некорректен. Для кого писатель пишет роман? Неужели для комитета по Нобелевским премиям?
А. М.: Нет, для бухгалтерии издательства… А вот, к примеру, то, что второй номер «ПОРОГА» некоторые «фашистским листком» обозвали?
С. С.: А, ну да, на основании заметки про НБП'шный сейшен, интервью с Непомнящим и трёх рецензий на Фомина. Знаешь, я уже устала повторять (для тех, кто в пробковом шлеме (видимо, для меня – прим. Сэнди), как выражается Галкин), что мы – вне политики. Мы освещаем не политические идеи, а людей и события. И мне, честно говоря, по барабану, какова политическая окраска этих людей и событий. Это лажа, что, к примеру, «анархисты» хорошие, а «фашисты» плохие, хотя мне лично, к слову сказать, анархия несколько ближе. И там и там гораздо больше дерьма, чем конфеток. Но мне очень не нравится, когда на основании тех или иных убеждений какие-то реалии, в принципе интересные, замалчиваются или нарочито хвалятся/ ругаются. Это уже вопиющий непрофессионализм.
А. М.: А помнится, когда-то ты восставала против профессионализма в самиздатовской журналистике…
С. С.: Потому что профессиональный журналист – это ужасно, это совершенно меняет психику, я это знаю на собственном опыте. Эта вечная погоня за информацией, за сенсациями – как бы послёзнее некролог написать… Я, например, слушаю тот или иной альбом, потому что нужно написать на него рецензию – это уже профессионализм, это неправильно. Я и в себе это не люблю, а уж в других… Но вопиющий непрофессионализм – это ещё хуже, это когда на фестивале выступают те-то и те-то, и про выступления одних пишется, а про выступления других – ни-ни. Причём не случайно (ну забыл или не обратил внимания, с кем не бывает), а специально – поругался там, или просто во взглядах не сошлись. Это попросту дезинформация. Даже наш самый зацикленный на «идеалогии» серый кардинал до такого не опускается. Обидное, что страдают этим в основном профессиональные журналисты, которые пишут на достаточно большую аудиторию…
А. М.: Давай не будем переходить на личности.
С. С.: Давай. Короче, для меня профессиональный подход – это «пишу, потому что надо», а непрофессиональный – «пишу, потому что хочу». Вот примерно так.
А. М.: Вернёмся к «фашистскому листку». Насколько я понимаю, некую гипотетическую концептуальность оного ты не планировала, но всё же некоторые её усмотрели…
С. С.: Да это же просто объективный взгляд на ситуацию! В отличие от журнала, который может иметь определённую направленность (а может и не иметь), главная задача газеты – это описание, информация.
Парить над объектом – это, конечно, хорошо, но для этого необходимо, как минимум, наличие этого объекта. Три рецензии на Фомина? Но ФоМин, извините, за прошедший год записал три альбома, а не сидел, поплёвывая в потолок, как некоторые. Я не пылаю страстной любовью к творчеству Непомнящего, но он, безусловно, – фигура на нынешней сцене не самая последняя. Статья об НБП'шном фестивале выбивается из общего описательного ряда, но, блин, явление-то есть! И опять же не из самых хреновых. К тому же журналистов катастрофически не хватает, и если кто-то что-то делает, я ужасно радуюсь – редко это бывает…
А. М.: А твои личные музыкальные вкусы – они сильно влияют на то, что описывается?
С. С.: Как это ни странно – нет, не сильно. Да и мои музыкальные вкусы в последнее время те ещё… Чем дальше, тем меньше что-то задевает серьёзно – может, старею, а может, музыка не та пошла. Я могу назвать нескольких людей, которых люблю и слушаю, за которыми наблюдаю и радуюсь постоянно. Остальные – так, семь-восемь, плюс-минус. Послушал, порадовался и забыл. Всё вертится на уровне «неплохо», а с «заебись» проблемы… Но зацикливаться на нескольких именах как-то не хочется – уж что имеем, то имеем, да и у соредакторов моих несколько иные взгляды, мною уважаемые (хм-м-м… – прим. Соредакторов). В конце концов наше время хорошо уж тем, что оно наше.
А. М.: «Мы можем лишь жить в те времена, которые выбрали нас»?
С. С.: Да, да. Жить и делать то, что можешь. Так получилось, что я могу делать вот это и вот так. И что самое-то завлекательное – то, что я делаю, в принципе, для себя, оказывается в кайф кому-то ещё. Пускай даже одному человеку, всё равно это чудо. Это не цель, это никак не может быть целью, иначе это неправда. Но ещё большая неправда – говорить, что тебе это не нужно, неинтересно и т.д. Если бы мне было абсолютно по барабану, как на мои писания отреагирует народ, я бы писала все эти статьи для себя и не дёргалась бы по поводу тиража, распространения и прочих вещей, к самому творческому процессу отношения не имеющих. По большому счёту я ничего не имею против того, чтобы писать в стол. Я не настолько хочу ещё больше засветиться в тусовке, я уже врубаюсь, что ловить там особо нечего. Ареал обитания самых интересных зверей несколько иной…
А. М.: Кстати, об интересных зверях – складывается впечатление (и не только у меня), что на страницах «ПОРОГ»а прочно обосновалась некая замкнутая компания «блатных» персонажей, чьи имена кочуют из номера в номер – человек пять-шесть. Это можно как-нибудь увязать с твоими словами о том, что не хочется зацикливаться на нескольких именах, а?
С. С.: А где они – другие имена? Нет, ну то есть, конечно, музыкантов-то в Питере и соприложных пространствах до хера, но, понимаешь ли, абстрактная журналистика меня не очень интересует. Это как в живописи – художнику для создания заебательской картины нужен соответствующий объект, чтоб вдохновлял и будил чувства высокия. Ежели он пишет пейзаж, то ищет какую-то красивую полянку, если портрет – одухотворённую рожицу… Ван Гог, к примеру, рисовал свои старые ботинки, для него они были полны смысла, он их любил, потому что понимал: вот они развалятся, и ходить ему будет не в чем. Простое изображение бытовых вещей перерастает здесь в пространство трагедии, и не столько вследствие гениальности художника, сколько вследствие значимости для него этих вещей. Я, конечно, не Ван Гог – но и не Уорхол…
А. М.: Да хватит прибедняться! Ты же ужасно высоко себя ценишь.
С. С.: Ну да. Поэтому и не хочу размениваться на мелочи, не хочу писать о том, что не вызывает у меня никаких важных мыслей-переживаний. Кто виноват, что рокъ-музыканты больше не сеют разумного-доброго-вечного, а так – развлекают публику? Есть из этого правила исключения, о них-то мы и пишем, и будем писать. Вот.

* * *
Гавр
Андрей Малозёмов, актюбинский панк, более известный как Гавр, покончил с собой.
Кажется, 23 февраля. Кажется, повесился. Кажется, он был законченным наркоманом. Кажется, когда-то он и Ермен вдвоём записали "Колесо Истории". Кажется, его собственная группа МУХА не представляла из себя абсолютно ничего. Кажется, всё это никому не интересно.

И – всё же. Я возьму на себя смелость/грех/наглость пожелать. Пожелать всем тем, у кого при прочтении данного некролога ничто не шевельнулось в душе, тем, кто просто равнодушно скользнул взглядом по этим строчкам – за которыми чья-то реальная "трагедь", чья-то живая боль – пусть следующим, о чьей смерти вы узнаете, будет кто-то из ваших близких.

Просто потому, что – шкалят датчики. Просто потому, что "кого ебёт чужое горе". Просто потому, что когда человек уходит – нам скушно.
Просто потому.

Я-Ха


50/25

Андрей Владимирович ТропиллоКто такое Тропилло советскому року – объяснять, надо полагать, никому не надо (для родства не помнящих периферийных и столичных сявок всё же скажу – это человек, который записал всё то, на что вы, ублюдки, в своё время усиленно дрочили и что сейчас старательно захаркиваете, а кроме того, тот, кто выпустил на отечественном виниле STOOGES и "Songs For Drella" – а снобов, косорылящихся от неканонических обложек, могу послать на бескрайние просторы всемирной помойки Интернет). О его подвигах на различных нивах понаписано немало, м.б., когда-нибудь очередной кушнир сподобится на полноценную биографию и мы узнаем многое из того, что было, и ещё больше из того, чего не было. Но это будет потом, а пока Маэстру стукнул полтинник, каковую дату он со свойственным ему авантюризмом и решил отметить на широкую ногу. Вот об этом и спич.

21 марта 2000 года. Маленький уютный зальчик Дворца спорта "Юбилейный". Сцена, украшенная огромным слоганом "Sex, drugs and rock'n roll" и цифрами 25/25 (отмечается не только Юбилей, но и 25-летие подпольной звукозаписи), чахлый фуршет, выставленный прямо на поле и сметаемый быдлом (понятно, что халява, что все голодные, но гадить-то зачем?), неистребимый Джордж в качестве конферансье, хуёвый стадионный звук, народу не шибко много, гримёрки – сиречь раздевалки, шуточки: "А прикинь, на этом месте Урманов переодевался, или Фетисов!", музыканты, музыканты, музыканты… "Врача! Позовите врача!!" – Гриня Сологуб совершенно баклажанного цвета хрипит на полу между столиков, Кузя Уо, по-джокондовски улыбаясь, удаляется от "Юбилейного", масон Троицкий, рекшаны, горшки и протчая, Фирик, Коврига – бо монд, одним словом. Если откинуть несколько сотен лохов на поле, которым, собственно, по барабану, подо что рубиться – всё точь-в-точь как, скажем, на какой-нибудь "Лестнице" – музыканты квасят, прерываясь лишь на своё выступление, тузы тусовки тасуются по кулуарам друг с другом, всем всё до фени – "Кто там сейчас на сцене?" – "А хрен его знает"…

Увертюра. Оркестр, сидя на пластмассовых буфетных стульчиках, исполняет вариации на темы мэтров от рокнроллу – БГ, дяди Фёдора и пр. (наверное, если грамотно аранжировать, то и "Ксюша-Ксюша, юбочка из плюша" будет звучать так же печально и величественно, как "Реквием" Моцарта); фрагменты рекшановского (как же, мэтр, "отец", основатель!) фильма "про русский рок" на огромном видеоэкране,– здорово похоже на учебные фильмы, коие нам "попраграме" казали в школе, а дальше – больше: А.Рыбин – насколько Саша завлекательно прописал о том, как он с небезызвестным сыном корейского народа (привет, Фо Мин!) создавал ныне культовую группу, настолько же убого он выступил, и понятно, что состав гитара/ барабаны хоть и не уникален, но тяжёл, однако с прихватами замшелого хард-рокера и хитами двадцатилетней давности на стадион… "Мои друзья всегда идут по жизни маршем…" – хоть бы тянуть не пытался, после него на сцену лезут АПМ, мордастые новгородские ребята, классический "русский рок", врезали крепко, а то, что вся эта их "патриотисская" подложка в данном виде выглядит порнографически – ну кто им об этом скажет? Откеля такая статусность у ТАМБУРИНА, никогда не понимал – и тут не въехал, ну да, песни светлые, добрые, красивые – но ведь наивные же донельзя! "Чужестранец", вечный как Агасфер… ЧЁРНЫЙ КОТ – проект мифического Данилова, тоже архаика, но вот, каюсь, "Чёрную субботу" я подпевал – а всё ведь потому, что, глядя на мелковозрастную публику, думалось: "А ведь, блядь, они-то нихуя не врубаются, что это за "блэк шаббат" такой, а я вот, бля, застал, приобщился и успел!" – а в промежутках выступлений разнообразным персонажам вручались премии по всяческим номинациям "Золотого Антропа I" – те кланялись и славословили Тропиллу, все были довольны; КАТЯ И КРОКОДИЛЫ, играющие, судя по звукам, доносившимся в раздевалку, что-то вроде индастриала с активным (слишком активным!) саксофоном, утопли в булькании водярном и всю дальнейшую программу чествования я, каюсь, воспринимал всё дискретнее и дискретнее, следствием чего стало, например, досадное провафление Б Г, коего я и видел-то живым, почитай, один-единственный раз в жизни, на Невском, году в 88-ом, Чистякова-питерского (не путать с конаковским!) и Лёни Фёдорова – даже не знаю, были ли они вообще – из редких партизанских выползок в зал в памяти осталось немногое – некто Гузеев, бард чистейшей воды, поющий романсы на стихи несчастной Анны Андревны и за что-то любимый Андреем Владимычем, АТЫ-БАТЫ, сменившие, оказывается, пухлого Женю Дятлова на малолетнюю барышню и очень заводно нарезающие что-то а-ля Зяма – действительно хорошо, даже подрыгаться захотелось, выход Чапуриной с группой – в целом, со всеми поправками на время/место/обстоятельства, – чем-то сродни выходу Яннки в "Октябрьском" в феврале 90-го, уёбище-звукопёр срезал все намёки на домру в зале и на сцене, скомканная "Нежность" – а могло бы ебануть, сусальный Ляпин, лишний раз подтвердивший, что он – наш Клэптон: такой же скучный и технично-бессмысленный, страшный дедушка Морозов и то многократно интереснее, Кинчев и Макаревич, вельми занятые, приславшие свои видеоролики – я чуть слезу не пустил от такой-то доброты, NAMBA WON п/у г-на Бачинского (звычайный кор которых – молодёжная музычка прошлой пятилетки) с песней "Доктор Машнин" – слава Богу, хоть этого циничнейшего мудака не было, ОБЛАЧНЫЙ КРАЙ под занавес с единственной новой песней за последние 10 лет, что-то про 600-й мерс, и органически отторгаемые мною во время оно – как чудовищная пошлость – ВРЕМЯ ЛЮБИТЬ тут вдруг вызвали чудовищную же симпатию: и понятно, вроде, что Вейтс голимый, а всё равно зацепило – "Прощай, Совок!".

Морали не будет никакой. Лонг лив, Антроп, дай тебе Бог ещё столько же – и с другими. С тем же Вейтсом.

Глаша Брошкина


ТРУБА ДУРЫ XXI ВЕКА

Намедни запал мне тут в душу один коллектив московский. Так запал, чтои мочи нет никакой – всё вспоминаю. Услыхал я их – ну совершенно случайно, на SKIF'е пятом. Занесло меня тудыть горячее желание лишний раз послушать ДОЧЬ МОНРО И КЕННЕДИ, а аккурат опосля ДоМиК'ов, когда глаза мои разбежались направо-налево, шарясь по статям слушательниц, а уши зашевелились – ни дать ни взять что твои локаторы в поисках чего бы ещё послушать, посоветовали добрые люди пойтить в малый зал (или уж в фойе, не ведаю, как организаторы сие помещение обозвали).

Зашёл я, смотрю – на сцене темно и мужик какой-то копошится. С хвостом. Потом встал он в полный рост, а наперевес на ремне у него клавиатура PC'шная висит, наподобие расчесок, с коими во время оно популярно было у наших филармонических рокеров ПТУ'шниц очаровывать. Мужик раскланивается, расшаркивается, на кнопки жмёт – и тут же из динамиков голос механический. Так, мол, и так, выступает перед вами, почтеннейшая публика, коллектив 386DX в составе коего нету, дескать, ни одного живого существа, а функция человека на сцене – чисто обслуживающая. Мужик услышал это, заулыбался, ещё каких-то кнопок понажимал – и полились со сцены звуки. Какие-то уж дюже знакомые. Потом догадался – да это ж "Иду Курю" Дяди Фёдора нашего! Всё вроде точь-в-точь, да только как-то странно – опосля сообразил, звуки-то всё сплошь неживые синтетические. Ну, думаю, а петь-то кто станет – мужик этот, что ли? Только подумал, а голос-то тот самый, машинный, с жутким каким-то иностранным акцентом как пойдёт "Возьвряшчаюс рас пот вьечер някурьившис гашиша" – все 15 человек, что в зале были, легли просто! На экране позади сцены всяческие компьютерные узорчики складываются наподобие калейдоскопа – и тень мужикова приплясывает. Кончилася песня – в зале свист, смех, вопли "Шарманщик!", кричат, "Урра1" – и т.д. Ну натурально deus ex machine. Мужик осклабился и дальше завёл. Чего уж там было – всего не упомню, только народа в зале под конец выступления было битком, и что характерно – ржут все, топают, свистят, а в паузах чуть не овацию устраивают – хлопают и заказывают – одному слабай чего-нибудь из ЗООПАРКа, другому МУМИЙ ТРОЛЛЯ подавай – чисто купчики в кабаке, без "карасей" разве что. Понятно что прикалываются, а всё равно похоже. Равно как на ярманке ведьмедя с цыганями узрели.

Беспокойно как-то мне сделалось на "Группе Крови", которая "ньа рьюкавэ". Во, думаю, чувак-то этот, который сию гимну сотворил, помер вроде, а песня – поётся, – и Берт в первом ряде зажигалку жжет всем на потеху, а я сижу, подпеваю – и плакать мне хочется. Отчего-то. Рядом Гурьев сидит, руками машет, хлопает, народ радуется, хлопает опять же. А со сцены – то "Рок-н-ролл мёртв", то "Солнечный остров", то "Верю Я" – и прочие незабвенные хиты прошлых лет. На бис мужик (Шульгин его фамилия, известный такой фотограф) NIRVANA запустил, этот их самый знаменитый боевик про плохо пахнущих подростков – у него, оказывается, две программы есть, русская и… и нерусская. Очень народ потешил (Нерусская программа, кстати, не так давно вышла на какой-то голландской фирмочке, а вот савецкую Берту никак не удаётся выпустить по причине геморроев со всякими авторскими правами).

Игонин Пётр меня потом спрашивает: "Ну как тебе?" "Да вот, – отвечаю, – странно чего-то, мыслей разных понавеяло, не знаю уж, которую и думать…" "А чего, – говорит, – думать? Прикололо тебя, повеселило?" "Ну, не без этого," – отвечаю. "Ну и хорошо," – говорит, т.е. ему навроде как понравилось (а я-то грешным делом заподозревал, что опосля такого-то исполнения ГО'шного шлягера "Всё идёт по плану" он сей же момент топор из-под полы добудет и машину глумливую на куски порубит, а механика в расход пустит – ан нет, ничего, недооценил я, значит, юмора НБП'шного. Хотя, впрочем, зря я так – у них же Курёхин в заводилах ходил, пересмешник известный, Царство небесное – в его память SKIF-TO, кстати, и проводится.

Но это к слову, а так – вы ж сами-то подумайте, чего из этого всего выйтить может. Первое, самое простое и поверхностное – это то, что прогресс технический безграничен, виртуальная реальность на пороге уже маячит, это Шульгин голос в древней программе обучения иностранным языкам синтезирует, пользуя интереса ради старинную "тройку", а ведь есть, поди, наработки профессиональные и не случилось бы так, что не сегодня-завтра всех нас можно будет вполне адекватно фантомами заменить, надо только машинки мало-мало подучить для пущей достоверности. Странно это будет, когда заместо нас машины запоют неотличимо. Можно будет, скажем, послушать, как Янка спела бы "Ту-Лу-Ла", Баш – "Уходим", или, допустим, Д'ркин – "Вечно молодой, вечно пьяный", интересно ведь? Ну, кому как, понятно… Это самый такой, простой аспект. Или вот ещё: песни – они имеют свою ценность в отрыве от контекста личности создателя/исполнителя, какие-нибудь онтологические предикативы, имманентные субстанциональные экзистенции или прочие парадигмальные интенции? Я ведь подпевал вполне искренне, чего-то внутри отзывалось. Вот и не знаю, чего обо всём об этом думать. Аспектологическое исследование реальности, привлекающее вашего покорного слугу, в первую очередь предусматривает безотносительные приоритеты духовно-экзистенциальной эпифеноменальности над маскулинно-гносеологическими экзерсисами, видимо, привлекающими репрезентативную группу, тенденциозно воспринимающую структуру трансцендентного мироздания через призму оцифрованных представлений о культурной парадигме десятилетней давности. Хули не ули – живу я в Барнауле.

Саша Брошкина


Зато Мы Делаем Ракеты

15 апреля сего года Москва, словно потревоженный улей, гудела, шелестела и шуршала. Вилось над золотыми куполами нахальное вороньё, милицанеры бдительно вперялись в лица прохожих оборотней дулами зрачков, и набатный звон плыл в душном мареве над распластанной в жаре столицей – не хватало только лишь жадных языков пламени над белоснежными стенами Кремля да смрадного жирного дыма, валящего из подпалённого Жариковым мавзолеума… Пензионеры на остановках перешёптывались, воровато озираясь: "Вы слышали? Как – что? Да вы что?! Сам Я-Ха прикатил, говорят!.." – неслись за спиною моей свистящие шопотки, и слышать это было довольно приятно. Причиной, побудившей меня сняться с наложенных прелестей питерских красавиц и переместить свои мощи на 650 километров юго-восточнее их обычного залегания стала, казалось бы, сущая безделица: несколько московских шалопаев затеяли ни много ни мало – повернуть время вспять.

Представляли четвёртый нумер издания, перекорёжившего судьбы не одной сотне простых советских парней и девчат и искалечившего мозги не одной тысяче таковых же, – пресловутой и достославной "КОНТРЫ". Представление устроено было в клубе "Точка", что у метро "Улица 1905 года", и клуб этот – для немосквичей поясню– это такой неимоверно большой цех какого-то разорившегося завода, изнутри весь заделанный, со всяческими разнокалиберными лазерами, стробоскопами и прочей необходимой для дискотек свето-хернёй, всё это вкупе вызывает занимательные ассоциации с rave-партями и кислотными тестами, столь живописно преподносимыми в книгах о концах 60-х. Предполагалось по замыслам устроителей, что иное заведение не способно будет принять всех желающих приобщиться к высокой контркультуре, так как цена на билеты была неоправданно низкой – всего-то около семи североамериканских долларов. Всё это, естественно, вызвало сильный ажиотаж, и в итоге насладиться встречей с прекрасным удалось лишь 250 – 300 человекам. Пред входом мрачно фланировали крупномасштабный Фо Мин, приехавший в первопрестольную записывать очередной шедевр и скорбный тем, что запись опять не задалась, б/у в окружениии Арины и прихлебателей, Клешчъ в поисках сорокаградусного тепла. Коблов в бороде а-ля Николай Второй и ещё немало достопочтенных мужей и жён. (Во внутрях были отслежены мною Теуникова, Джек, Рада, Тупикин, Колесов, Стволинский – впрочем, сии бомондоидальности интересны только лишь их непосредственным участникам, каковых, я надеюсь, среди читающих эту галиматью будет не слишком много). На входе в "Точку" возник некоторый затор (не сказать запор): организаторы, тщась, видимо, добыть для Отчизны хоть одну строчку в книге рекордов Гиннеса, внесли в списки приглашённых 700 (!) душ – и ты, любезный читатель, козья твоя морда, обладающий хоть малой толикой воображения пишущего сии строки, без труда вообразишь себе данную пропозицию: узенькие дверцы заведения, двое рослых малых на входе, один с трудом сдерживает рвущихся приобщиться и причаститься к контркультурным ценностям, а второй в толстенном блокноте, где на каждой странице в три столбца мелким шрифтом пропечатан ономастикой званых, пытается изыскать и вычеркнуть выкрикиваемые толпой фамилии. Как проходили "Усов плюс восемь", для меня осталось загадкой.

Проникнув в помещение и получив положенные ей экземпляры журнала, публика, вместо того чтобы двинуться по домам ознакамливаться со свежеиспечённым Артефактом, рассосредотачивалась по залу, воздавала должное различным спиртовым растворам и, казалось, чего-то ждала. И дождалась. Следующим номером тщательно продуманной программы стала коротенькая, но содержательная пресс-конференция: сидючи на пластмассовых стульчиках (на похожих в "50 к 25" восседал оркестр на чествовании Тропиллы), Сергей Геннадиевич Гурьев и Сергей Алексеевич Жариков, эти столпы и жрецы Контркультуры, пространно отвечали на вопросы околоконтркультурной ботвы, умело селекционируемые по отрицательному признаку приставленным к зальному микрофону Александром "Ивановичем" Кушниром: чем скучнее и безмазовее – тем лучше, даже б/у, пытавшийся прояснить значение сего действа в контексте русского балета, был блёкл, а особую мою симпатию снискал даун с остекленевшими глазами, похожий на Сантима-переростка, назойливо рвавшийся в обход Кушнировского кордона вырвать у Жарикова страшную тайну – его политическое кредо на текущий момент. В ответ же на дебильные вопросы со сцены катились телеги – о "концептуализме московском, коего никогда не понять питерцам" (и верно, метастазы болотного сознания – ух, как крепки и пронырливы: Лёша Марков, прожив в нашем бесславном городишке всего что-то около полутора месяцев, уже не смог понять, чем же таким отличается "концептуальная акция "Концерт рок-группы ДК" от концерта ДК), о том, что сознание людей зашорено, заштамповано и заклишировано, а это худо, плохо и ужасно. Впрочем, вид Сергея Алексеевича ну никак не мог служить рекламой нонконформизма и свободы от жёсткой вписанности в какую-нито систему, не производит он впечатления человека счастливого, и смысла в такой вот "орригинальности мышления" я, каюсь, особо не углядел.

Под бодрый Гурьевский вопль: "Друзья, а теперь маленький фуршет! Советую поторопиться, ибо водки много – а людей ещё больше!" пресс-конференция приказала долго жить. За водкой я ломиться не стал, а вместо этого тихо мигрировал в уголок и стал ждать второй части марлезонского балета: на сцене постепенно разворачивалась живая мастодонта московского андерграунда – группа ДеКа.

Позволю себе ма-аленькое нелирическое отступление. Вся вот эта вот бодяга про "сдесь и чичас", столь популярная в наших кругах, преизрядно напоминает мне приснопамятное дрочение битников на фантом абстрактного "негра", коий, в отличие от перегруженного комплексами, фобиями и рефлексиями "белого", сознание которого почти сплошь состоит из одних табу, совершенно свободен. А вот негр – эт'да, это полный отвяз: лабает джаз, ебётся – и нихуя больше не делает!! Живёт на полную катушку то исть. Я бы себе позволил несколько углубить данную идею: какой-нибудь баран – он ведь ещё свободнее, он и джаза-то не лабает. Вот кому уподобляться стоит! От этого немудрящего постулата я изящно вернусь к текущим героям своего повествования – дело всё просто в том, что как бы ни пыжились сии умудренные мужи, вокально-инструментальной бандой с танцулек эпохи застоя им не стать никогда и никак: означеннные рефлексия и умудрённость не дадут. Мозги не пустят. А концерт был неплохой, кстати, лабали лихо, грамотно, приджазованно, Жариков стучал куда как убедительнее, чем на записях, Летов-старший выдувал всяческие безобразия, а песню про "Милую тётю" спел сам СГ – в униформе ЧИСТОЙ ЛЮБВИ. Мне всё казалось, что вот сейчас он разведёт по-балетному руками и пойдёт давать Нижинского или, на худой конец, Барышникова (не того, который мой начальник и который полгода назад пытался оборвать свой жизненный путь путём опорожнения бутылки с ацетоном, а ныне пребывает в клинике для душевнобольных, а такой балерун) – но не развёл и не пошёл. А жаль.

По окончании же концер… простите, "концептуальной акции", всё как-то неправдоподобно быстро кончилось (хотя некоторая толика публики ещё долго колбасилась, хряпая уже не дармовую выпивку, и братались московские акулы пера, пережившие Тюменскую кампанию), зародив в душе моей некий росточек разочарования, с увесистым плодом которого ты, мой тупоголовый читатель, сейчас и ознакомился. Не хватило сущего пустяка, мелочи, необходимого сословного условия "контракультуры" – провокативности. Ведь без неё и ирокезы ставить – смысла нет, и к девкам под юбки лезть – тоже. И песни писать, и журналы издавать. Как, простите за трюизм, мсяво без соли, ебля без любви, крыса без передних зубов. Получилось всё как-то по-домашнему, основательно, и – не на грани. Ну нельзя же в самом деле посчитать за недозволенное расхождение народа под звуки самоцветовской "Песенки бомжа": "Мой адрес не дом и не улица…"

Хотя там и безумно классная партия бубна.

Я-Ха


"Играли мальчики в войну…"

…А сколько было писку! Преждевременный душный вал восторгов с головами захлестнул столичных деятелей, которые прямо-таки изошли слюной в предчувствии сего знаменательного события…
Ну и что? А ничего.

Собственно, первые слухи о возрождении "КонтрКультУр'ы" после десятилетнего перерыва дошли до наших Богом забытых трущоб ещё в жарком июле прошлого года, когда Лёша Коблов, вываливая на мою бедную голову слухи, события, факты и комментарии, словом – новости, эдак вскользь упомянул, что, мол, подумываем выпустить четвёртый номер "Контры". Я не могла обмануть его ожиданий: "Да ты что?! Правда, что ли?!"

Потом до меня периодически лихим ветром доносило обрывки размышлений Мэтров и Бонз о том, что нехреново было бы, чтобы и Питер внёс свою лепту в создание продолжения Величайшего Самиздат-Проекта Современности. Я-Ха отчаянно тряс меня: "Напиши! Ну напиши же что-нибудь! Засветишься в компании статусных персонажей!", чем окончательно убил во мне какое-либо желание поучаствовать в воскрешении бывшего флагмана рок-журналистики.

На презентацию поехать я не смогла по сугубо личным причинам. К тому же – не очень-то и хотелось. Группу ДК и лично Жарикова, продолжая традиции питерской журналистской братии, не люблю чуть ли не с детства. К тусовкам в последнее время тоже отношусь равнодушно. В общем – не поехала. И не жалею: по слухам, ничего хорошего там не было. Зато ту самую четвёртую "Контру" открывала с некоторым трепетом душевным: как же, как же, третий номер десять лет назад эвона какое впечатление произвёл! Так, может, и этот…

Фиг вам. Не случилось мне маленького кожаного барабанчика (или всё же маленького зелёненького крокодильчика?). Да и никому не случилось. Отзывы моих знакомых, ознакомившихся с сим артефактом, разместились в диапазоне от решительного "полная хуйня!" до растерянного "н-ну… некоторые места…" (последняя фраза принадлежит нашему штатному жополизу Я-Хе, питающему некую порочную страсть к "статусным" задницам). Вы, наверное, спросите: а мне-то как? А никак. Просто никак. Ни спорить с авторами, ни описывать их творения мне не хочется – понятно, что все они люди глубоко талантливые. Только данные их произведения, собранные вместе и аккуратно упакованные в стильную чёрную обложку (пожалуй, единственное, что в журнале условно-хорошо – это дизайн, впрочем, продолжающий традиции "Pinoller"а) производят впечатление вялой и малоосмысленной светской тусни с пережёвыванием модных тем: миллениум, блатняк, братья Летовы, знаменитые покойнички (препарируемые как бы нетрадиционным образом), революционеры различных родов и мастей, Троицкий как субъект "полемики" (в память покойного "Урлайта"?); вкраплениями как-бы-шокирующих сочетаний: Ветлицкая и Теуникова, Земфира, Лагутенко и Усов, обсасыванием понятия "контркультура" при отсутствии её как таковой, журналистской ностальгией по сияющему прошлому (а сейчас, значится, только глянцевые "ОМ"ы и остались?) и прочими радостями пожилых интеллектуалов и их духовных деток. И ещё – видится мне вот такая вот картинка. Представьте себе мальчиков, увлечённо играющих в войнушку игрушечными пистолетами, картонными минами и пластмассовыми бомбами. Ур-ра! – подброшенная вверх горсть песка обозначает взрыв, "Ты убит!" – и противник послушно и красиво падает на зелёную травку, после чего отряхивается и бежит домой обедать. И вдруг – какая незадача!–один из китайских псевдопистолетиков вдруг стреляет. По-настоящему. И один из мальчиков вдруг как-то совершенно неэстетично дёргается, а потом лежит и больше не движется. И глаза у него какие-то стеклянные. Остальные, естественно, с рёвом разбегаются по домам, не желая больше играть в эту страшную игру. Но проходит время – скажем, месяц (в детском сознании время гораздо более насыщенно, поэтому их месяц может быть принят как условный эквивалент наших десяти лет), и мальчики снова выходят на тропу войны, но, памятуя о том случае, играют уже гораздо более осторожно. Обмениваются посольствами, ведут бесконечные переговоры, чертят карты прошлых и грядущих боевых действий, а если всё-таки и стреляют, то – нарочно мимо.
Мимо.

…Нет, есть, конечно, и хорошие статьи. Написанные живо, не без иронии. Про тот же блатняк, про KISS, про анархизм и прочие не очень интересные лично мне явления. Но на сладкое я всё же оставила рубрику "Коллектор", памятуя о замечательных рецензиях Лёши Коблова, в своё время произведших на меня неизгладимое впечатление. То есть я решила прочитать их последними, чтобы совсем уж не разочароваться. И это было последним ударом. Жариков – мужик, конечно, умный, но по большому счёту ему абсолютно неинтересны все эти смешные музыкантишки, да и вообще всё на свете. И это чувствуется.
General protection fault.

А. М.


ТЕБЕ ГОВОРЯТ, А ТЫ НЕ ВЕРЬ

Сергей БелоусовКак же мы, однако, любим дрочить на всевозможные легенды (рока, попа, авангарда, тыла – нужное подчеркнуть)! Я и сам грешен, тяжело мне расставаться с иными иллюзиями.

Вот не так давно угораздило же меня попасть на выступление русскоязычной рэгги-группы КОМИТЕТ ОХРАНЫ ТЕПЛА. И хотя я знал, что новых песен от Олди не дождёшься, шёл, горя желанием послушать хотя бы старые – ведь в последний раз был я на КОМИТЕТЕ в 1992 году. Со мной отправился мой друг, далёкий от всех этих мелких сектантских раскладов, называемых в просторечии контркультурой. Ему вот легенды и мифы контркультуры по хую абсолютно, журнала одноимённого он не читал, а вот песни КОТа ему давно нравятся, с тех пор, как я в том же 92-м дал ему кассету послушать.

Итак, мы в зале. На сцену вываливается толпа народу в пёстрых растаманских одеждах и начинает играть типа рэгги. Нормально так играют, зажигательно. Олди, впрочем, на сцене не видно. Минут через пятнадцать подобного действа в голову мне приходит мысль, что рэгги-то вон даже Я-Ха худо-бедно на гитаре исполнить может, а мы-то сюда не за тем пришли, чтобы лишний раз узнать, как Jah даст нам всё. Но вот появляется и САМ. Кумир экзальтированных подпольщиков мрачным и помятым видом, а также демонстративно отстранённым выражением лица контрастирует со своими аккомпаниаторами, изволит поплясать под музыку, спеть что-то не совсем внятное (хотя тут, может, просто в звуке дело – ну, одна песня исполнена была) и ещё минут десять постучать по барабанчикам. На этом концерт и закончился.

Я к чему всё это изложил-то – вот пытаюсь представить себя на месте моего друга и чувствую, что мне просто плюнули в лицо. То есть именно так он себя и чувствовал. Мне-то что, ну, жаль, конечно, но я-то знаю, что Олди – просто человек, написавший когда-то несколько хороших песен, потом его явно перехвалили известные журналисты, а он, похоже, этим дифирамбам поверил. Насколько могу судить по рассказам (обычно восторженным) и записям, все его периодические камбэки – это спекуляция на старом материале и маргинальном имидже или же действа, подобные вышеописанному. Вот другой пример для ясности: если я на афише вижу надпись "Фёдор Чистяков и ЗЕЛЁНАЯ КОМНАТА", я знаю, что это Фёдор Чистяков в том качестве, в котором ему ныне угодно представать перед публикой, а если бы надпись гласила "Группа НОЛЬ", то люди ожидали бы собственно группу НОЛЬ, – что вполне справедливо. Артист, конечно, волен делать всё, что хочет. На сцене. А если для него (артиста) творчество – это жизнь, т.е. больше, чем перформенс, значит, выходками неблагообразными кого-то из присутствующих в зале он-таки немножко кинул (на минуточку). Простим ему. Только, может, хватит дрочить? В натуре девушки с картинок не так уж сексуальны, хотя иногда добры и человечны. И это правильно!

P. S. Я люблю песни группы КОМИТЕТ ОХРАНЫ ТЕПЛА.
P. P. S. "Не верь мне, не привыкай ко мне" (Сергей "Олди" Белоусов).

Специальный корреспондент газеты "ПОРОГ" в Зимбабве Доктор Осьминог


СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЕ ОТЕЧЕСТВО В ОПАСНОСТИ!

Тюменский грипп, недвусмысленно скосивший автора сих строк, помимо долгожданных трёх дней блаженного ничегонеделания принёс в его (мою) жизнь рецидив неизлечимой, как онанизм, вредной привычки – рецензирования различного рода самиздат-проектов. Привнёс, однако, не в привычном виде "читаю/обсираю", а в несколько расширенном – "читаю/обобщаю/обсираю". То ли свободное время сказалось, то ли зрело уже давно некое подобие анализа, но захотелось вдруг рассмотреть не отдельные сегменты явления, а некоторые общие тенденции, неожиданно привидевшиеся в горячечном бреду.

Тенденции, надо сказать, весьма и весьма неутешительные. Для удобства разделю неделимое сакральное поле явления на условные фракции – как это принято во всём цивилизованном мире. На "левый", "центристский", "правый" – рассчитайсь!

"Левый" блок, куда я ничтоже сумняшеся отнесу в качестве иллюстраций "НОЖИ И ВИЛКИ", "НЕФОРМАТ", "ТОЧКУ ЗРЕНИЯ" и некоторые менее заметные изданьица, весь как один занят метафизической охотой на ведьм, в качестве каковых выступают Тоталитарное Государство и Фашизм. Что разумеется под ТГ в сих талмудцах – непонятно: имейся оное ТГ в наличии, после первого же номера любого из указанных журналов на вопрос, скажем, "А куда делся Файзуллин?" родственники и знакомые последнего истово пожимали бы плечами "Какой Файзуллин? Первый раз слышим!" С Ф сложнее, бритые друзья под кельтскими, скажем, крестиками всем нам знакомы (то, что 95 процентов из них – обычная урла, которой, собственно, всё равно кого пиздить, главное чтоб безнаказанно – вынесем за скобки). Однако чем уписываться статейками в "зинах" (и корзинах"), уж коли вам припала охота побороться за правое (?) дело, не лучше ли создавать антифа-дружины, устраивать рейды в местах скопления молодёжи и делом (а не словом) пресекать проявления неугодных вам общин? А? Как насчёт камушков поворочать? Абсолютно органичным является и идеологический подход к оценке обзираемых в данных изданиях явлений – пример Непомнящего более чем нагляден (то, как Сашка относится к "своей" НБП-шной пастве, известно всем, но, ради Бога, зачем обращать внимание на такие мелочи?) СНАЙПЕРШ вчера расцеловывали взасос, невзирая на (а м. б. и благодаря ей) ориентацию, а сегодня их уже вроде как и нету в списках живых – "продались ТНК REAL Records". Ню-ню. А завтра Ермен опять впишется в поддержку какого-нибудь казахского Зюганова, Чапурина подпишет контракт с POLYGRAMOM, Теуникова вступит в РНЕ – и по проведении соответствующих чисток рядов левакам останется лишь обсасывать политкорректные АВАНТЮРНЫЕ ПЛОСКОГУБЦЫ в тщетных попытках выдать отражённый свет за самородный. И поцелуйте в жопу Кнута Гамсуна.

Немногим лучше положение у "центристов" (сюда отнесём "совсем ДРУГУЮ МУЗЫКУ", "ОдС", "СИБИРСКИЙ ТРАКТ" и еще кое-чего менее значительное). Эти рабочие лошадки кто понуро, а кто ещё и взбрыкивая уверенно топают по непаханным болотам творческого люда бывшей Империи, стойко выполняя необходимую функцию пополнения популяции (не секрет, что нормальный рокер, лишённый мало-мальского внимания к своей тщедушной парсуне, довольно скоро задыхается в вакууме невостребованности. Если этого не происходит, то либо он не рокер, а звычайный графоман, либо святой, а рассмотрение Деяний выходит за рамки данных куцых заметок). И шествует по страницам указанных журналов хворое воинство невнятных интервью "за жисть" с периферийными героями и столичными выхлебками, сонмище восторженных рецензий на то, что не стоит той бумаги, на которой о нём написано, и ущербное множество щербатой критики – как правило, тех слонов, которым вся эта макулатура и на подтирки не сдалась. Отдельные яркие материальные искорки погоды не делают и шального фейерверка не вызывают – это все тяжёлая рутинная работа – авось хоть кто-то выживет. При всей нужности, если не сказать жизненной необходимости существования таких вот "середняков" (с явной тягой в кулаки) чудес от них ждать не приходится (да и то сказать, какие тут чудеса, когда "СИБТРАКТористы" окромя родного колхоза, ограниченного рамками Иркутской волости, ничего в упор не видят – как же, первые парни на деревне!). Несколько в стороне находятся, увы, почившие в бозе "ОСКОЛКИ" – у этих хоть были отдельные попытки (зачастую довольно убедительные) к чему-то нежданному, большому и светлому, но – опять увы – так и не переросшие в полноценный прорыв.

"Правый" стан самиздат-фронта ("ИНАЧЕ", "КУЛЬТУРА ВОСЕМЬ", "ПРОГУЛКИ РАНЕНЫХ", мифический "БУХЕНВАЛЬД") – здеся "рок-клуб закрыт – все ушли в филозофы". Скучно-унылое пережёвывание тягомотной жвачки от Ницше и Розанова до Дугина и Лимонова.

бессмысленные разливы геополитизма и интерглобальности, плюшевая агрессивность, абсолютная герметичность и самодостаточность, изредка избирательно-проницаемая для собратьев по вере (по принципу "Петушка хвалит кукуха за то что выеб он петушку"), – и все это подано настолько перластым слогом, что язык оригиналов кажется почти что цветаевщиной. Скушно это, господа, ой как скушно!

Наособицу стоит пара журналов, о которых бы очень хотелось сказать. Четвёртая "КОНТРА", реанимированная опосля более десяти лет опочивания, явила пример попытки выхода из плоскости самиздата в пространство культурологии, попытку, так сказать, абстрагирования от (ну как Понтовский Пилат примерно). В результате мы имеем справочник по аэродинамике в безвоздушной среде, а никак не желанную брошюрку "Сделай сам себе ракету" – прикладная польза подобного издания стремительно убывает к нулю, обратно пропорционально его общекультурной ценности. Незыблемость данной тенденции совершенно термоядерно развенчал последний журнал, о котором очень хочется высказаться. То, что натужно, рассудочно и чертовски неубедительно пытался смоделировать герр Стволинский, конструируя вторые "ПРОГУЛКИ", – с полтыка волшебной палочки (с двумя яйцами) удалось паре ростовских распиздяев .Это – действительно итоговый самиздат-проект ушедшего тысячелетия, оправдание присутствия моего поколения в самиздате. Я имею в виду, понятное дело, пятый выпуск альманаха "КОРА ДУБА". От половины материалов номера меня трясло и тошнило, от половины я радостно подвывал – яркий, бешено живой и органичный журнал поднял планку возможного на такую запредельную высоту, что, учитывая сформулированные выше "тенденсии", в ближайшем будущем ничего подобного (хотя бы!) ждать, увы, не приходится. Ежели господа самиздатчики кое-чего не поймут. А они не поймут. Им – не надо.

Михаил Магид (Москва)


ШАШЛЫКИ ИЗ ШАМБАЛЫ, ИЛИ НЕМНОГО О СВЯЩЕННЫХ КОРОВАХ

Важная особенность всех индийских религий – интровертивность, т.е. явственная обращённость вовнутрь, акцент на индивидуальный поиск, на стремление и возможности личности найти собственный путь к цели, спасение и освобождение для себя. Пусть каждый человек – лишь песчинка, затерявшийся среди многих миров. Однако эта песчинка, её внутреннее "я", её духовная субстанция (очищенная от вульгарной телесной оболочки) столь же вечна, как и весь мир. И не только вечна, но и способна к трансформации: потенциально она имеет шансы стать рядом с наиболее могущественными силами мироздания, богами и буддами. Отсюда акцент на том, что каждый – кузнец своего счастья.1)

"Почему? – этот вопрос занимает меня уже не первый год. – Почему некоторых людей, вроде бы неглупых и даже небесталанных, так тянет сотворить себе кумира, найти того, кто "знает как надо" и поклониться его гипотетическому величию? Происходит ли это от слабости душевной, от отсутствия опоры в самом себе? Или это поднимает голову тот самый раб, которого когда-то по капле выдавливал из себя Чехов?"

Ничего плохого я про Чехова сказать не хочу, он тут вообще не при чём. Речь идёт о бессмысленном фанатизме, лизоблюдстве и низкопоклонничестве, прикрывающемся всяческими пафосными словесами вроде "Святое", "Настоящее", "Живое" и пр. "А бывает ли такое в наше циничное время?" – воскликнет ностальгически настроенный читатель, чья голова давно пошла кругом от постмодернистских игрищ различных тусовок и отдельных персонажей. К сожалению, бывает, и это – обратная сторона того же цинизма, своего рода внутренняя компенсация за "грешное", "мёртвое" и "пластмассовое", коее видится во всех остальных проявлениях человеческого бытия. И вот мы коллекционируем различные артефакты (марки, открытки с зайчиками, альбомы Егора Летова, вырезки из газет/журналов), пытаясь тем самым поиметь богов на земле, свято забывая о том, что боги тем и хороши, что сидят на своих небесах…

Вспоминается босоногое и голозадое детство, год этак 88-й, киномания и алисомания, раздирающие подростковый Питер на два враждующих лагеря. Честно говоря, мне до сих пор кажется, что Кинчев всё же копнул поглубже, чем Цой, хотя и тот и другой, в общем-то, те ещё персонажи. Год 90-й изрядно сместил акценты, явив некое подобие мученического нимба над головами цоефилов, но это уже совсем другая история. Важно не это. Важно то, что вокруг по-настоящему сильных художников никогда не возникало секты, подобной, к примеру, "Армии АЛИСЫ". Можно сказать "поклонник Башлачёва". Но "фанат Башлачёва" – это уже звучит пошло и даже как-то настораживающе. Отдельный случай – Летов; тот был и художником, и массовиком-затейником, в зависимости от того, какие колёса вертелись в данный момент в его башке. Говорит это о том, что умным и врубающимся людям описываемый аспект сознания был (и есть) как-то не свойственен.

Признаться, в предпредыдущем абзаце я немножко слукавила. Фанат отличается от поклонника отнюдь не тем, что собирает вырезки из газет. Особенность его – это слепота, безоговорочное приятие всего, что делает кумир. С одной стороны, очень удобно переложить на кого-то (в особенности если этот "кто-то" достаточно умён и талантлив) ответственность за себя, за свои чувства и мысли – стремление, чем-то родственное непременному желанию любой нормальной женщины выйти замуж или любого нормального человека – определиться с религией и мировоззрением, дабы обрести какую-то опору в мире, в котором столько! всего! разного! – мужиков, идей… Бердяев,помнится,писал, что самое жуткое в жизни – свобода, и многие отказываются от свободы, чтобы облегчить свою участь. Чем дальше, тем больше убеждаюсь в его правоте – в том числе и на собственном опыте. А ещё были такие шестидесятники с их замечательной триадой "не верь, не бойся, не проси". Сильно подозреваю, что сей призыв относился исключительно к тогдашней власти, но всё равно – может быть, именно поэтому они и стали теми, кем стали. А судьба тех, кто верил, боялся и просил – сегодня в топе, завтра в жопе.

Милый мой абстрактный мальчик, устремивший свой взор горящий в неведомые дали! Не верь никому (и мне тоже). Прежде чем провозгласить кого-то Священной Коровой, вспомни, что реальность окружающего мира (этой кувалды, сейчас ебанувшей тебя по затылку) неоднократно подвергалась сомнению людьми уж никак не глупее нас с тобой. Истина – только в тебе, а не в дяде с телеэкрана, не в плохо зарифмованных словесах солиста очередной андерграундной группы, не в умствованиях теоретиков и не в поступках практиков. Ты хочешь ее? – о да, истина – такая мадам, что не хотеть её может только тот, у кого не встаёт уже ни на что). Так возьми её, люби её и лелей, это гораздо приятнее, чем дрочить на фотку голой бабы или песенки очередного "рок-героя". А потом убей – она того стоит. Страдай центропупием, ведь в масштабах вселенной, в безграничности Атмана ты ничуть не менее (но и не более) крут, чем Джон Леннон.
И мало ли кто что думает по этому поводу.

Нижеследующее в статью не влезло, но сказать об этом тоже хочется, поэтому пусть будет этакий постскриптум. Раз уж я упомянула одного философа Серебряного века, почему бы не упомянуть второго – Владимира Соловьёва, который, будучи убеждённым христианином, написал неплохую книжку про Магомета и к тому же считал, что истинные христиане (это в его системе ценностей была высшая оценка) – не всякие там Сологубы и Бальмонты, сидящие в своих башнях из слоновой кости, а всякие тут народовольцы, которые шагают мимо этих башен с бомбами под мышкой. Конечно, эти бомбы для нас с вами – понятие чисто метафизическое (ибо идейный терроризм давно сошёл на нет, а прикладно-политический – пакость страшная), и в этом приложении мысль сия очень даже актуальна. Я лично держу у себя в арсенале десяток-другой таких метафизических бомб – на случай, если внутренний раб всё же осмелится выползти на поверхность и преклониться перед каким-нибудь очередным возлюбленным идолом.

Кристоф шутя заявлял, что он считает своими учениками только тех, кто борется против него. А когда какой-нибудь молодой композитор говорил ему о своём музыкальном призвании и, желая расположить в свою пользу, начинал превозносить его талант, Кристоф спрашивал:
– Значит, моя музыка удовлетворяет вас? Именно так вы намерены выражать вашу любовь или ненависть?
– Да, учитель.
– Тогда лучше молчите. Вам, видно, нечего сказать2).

С. С.

1) Л. С. Васильев. История религий
2) Ромен Роллан "Жан-Кристоф"



Александр НЕПОМНЯЩИЙ – "Поражение".
Колокол

Александр НЕПОМНЯЩИЙ – ПоражениеЗнамения времени говорят, что на пороге великая война – между землёй и небом, между светом и тьмой, между жизнью и смертью… Где-то всё это уже было – почти так же искренне, почти так же болезненно, почти так же декларативно. Но не стоит, товарищи, кивать на призрак постмодерна, лениво бродящий по похерившей свои корни сытой Европе: расейский фундаменталист, безусловно, идёт другим путём, примерив на себя горелые рубахи классиков и современников, споря и соглашаясь, превращая аллюзию в философию, философию – в религию, а религию, в свою очередь, делая самой верой, вплетая в паутину неортодоксального православия знаки Солнца и Огня. И пусть его поэзия немалыми местами публицистична не жизненно – газетно, что, на мой субъективный взгляд, не есть гут, а есть фи, и пусть мы сами себе ад, а рай лежит на остриях копий, и только так, и никак иначе, и пусть "бард-рок" ассоциируется с "бардаком", или, на крайняк, с "гражданской позицией", а наш поезд на всех парах мчится в Диснейлэнд, и по его вагонам шарятся злобные враги, а под потолком реют виртуальные призраки Башлачёва и Сантима, его дорога и тот дом, что выше потолков, светла и где-то наивна. И неизбежное поражение – здесь обязательно должно обернуться столь неизбежной победой – там. Ну, пускай хоть так, ибо при всём богатстве выбора другой альтернативы нет. Так что танцуй, пока молодой, потому что знамения времени говорят – уже идёт великая война, и кто знает, сколько осталось – минут, дней, лет…
Интересно, найдётся мальчик за нас, гадов, воевать?

Александра МАТРОСОВА


Юлия Теуникова – “Катится”, 2001.
ХОР

Юлия Теуникова – КатитсяАльбом записан – за компанию с Юлией Тузовой – одной из самых значительных и неординарных поющих девушек русской альтернативной музыки. Оно и видно: тот студийный альбом, которого мы все с нетерпением ждём уже несколько лет и услышав который все должны упасть кто на колени, кто в обморок, пока не записан. Записано несколько старых и новых песен, которые с тем же успехом можно послушать на любой концертной записи, коих немало. Так что придётся подождать ещё.

Что же до собственно творчества Теуниковой, мне она кажется одним из самых непонятых современных авторов. Одни восхищаются ей, другие активно не принимают. Но и те и другие в общем-то не понимают. За тем, что делает Юлия, стоит достаточно большой и сложный пласт музыкальной, в основном западной культуры, преломлённый через сознание московской девушки и воплощённый из-за отсутствия технических средств по-русски скупо и бедно. Мы же видим только конечный продукт и не особо задумываемся о том, откуда он взялся. (Попробуйте представить себе под одну акустическую гитару песни P.J. Harvey или, скажем, группы CAN). Так что будем ждать и, может быть, наконец-то…

Йозеф Г.


Юлия Тузова – "Видимость", 2001.
ХОР

Юлия Тузова – ВидимостьСтудийная работа ярко разгоревшейся буквально за последний год звёздочки московского андерграунда. Несмотря на то, что двухтысячный год подарил как минимум пять новых работ разных авторов, которые наверняка войдут в золотой фонд русской музыкалььной культуры, этот альбом из записанных "на исходе века", пожалуй, самый сильный. Можно было бы, конечно, заняться культурологическим анализом и провести параллели, скажем, с Кейт Буш (которые очевидны, хотя уже в который раз западный оригинал начисто убран нашим аналогом), но что-то совершенно не хочется этого делать…

Это песни о том, что надо жить и… улыбаться, как бы ни было больно и горько за то, что вокруг и внутри тебя. О том, что у каждого есть to, что невозможно затоптать и уничтожить – свой маленький внутренний свет.
…Парки сплетут нити наши недолгие
Всё бы в один клубок – наше спасение.
Все люди тонкие, все люди стойкие.
Будем одним Богом благословенные!


И хоть продолжаешь понимать, что всё это и не так, – среди безнадёжного мрака возникает, дрожа, как пламя свечи, – маленькая надежда, и становится странно светло, и слёзы наворачиваются на глаза…Может быть, это и есть катарсис?
Спасибо.

Йозеф Г.


Михаил СВАТЕНКО – "Вечная юность", 2000

Последний шедевр плодовитого питерского рок-барда – самая, пожалуй, личностная и экзистенциальная его работа. Через призму собственного воспалённого сознания автор преломляет всё – от эротических фантазий до гражданской позиции. Мечутся по извилистым лабиринтам мозга искажённые реалии мира, спрессовавшиеся до размера 90-минутной аудиокассеты. Мир есть Я и Я есть весь мир – в отличие от предыдущих альбомов в этом почти нету третьих лиц, всяких там каракалов, ГОПНИКОВ, собак, танцующих на огне девушек и памятников Достоевскому. Есть только личность поэта, воплощённая в звуке.

Господа организаторы акустических фестивалей! Долго вы будете игнорировать то, что у вас под носом? Потом пожалеете, да поздно будет.

Аграфена Умная

От редакции: прости, Аграфенушка, чувства твои девичьи понимаем как никто другой, но в намёк категорически не вникаем.


ДРУЗЬЯ БУДОРАГИНА – "Граница", 2000

Акустический альбом сообщества шаманов-язычников из старинного русского города Кинешмы. Раньше они делали электричество, но, очевидно, дедушка Летов был прав – для постоянных шаманов подходят любые средства, и совершенно не обязательно колотить в бубен, как какие-нибудь там декоративные чолбоны.

Не знаю, кто как – лично я за монотонной лирикой и мрачным голосом Евгения Сидорова увидел всю историю русского язычества – от древнерусского, когда во имя своих идолов мы поставили на колени все окрестные племена, до советского, когда мы сокрушили огромную империю – от догорающего солнца до трассы на Берлин. А что бы было, если б не согнал нас в реку Владимир Красно Солнышко!.. Дух захватывает…

Кстати, познакомил меня с гитаристом группы ДБ Александр Непомнящий, а ранний альбом подарил Владимир Аникин. Откуда у "православных рокеров" такой интерес к рок-шаманам – еретикам, – будь то язычество Сидорова, даосизм Подорожного или богоборчество А Фо Мина?..
Мы оседлаем чёрта
и к тебе приедем в гости…
Никто не остановит нас.


Лев РУМЯНОВ


НОЧНЫЕ СНАЙПЕРЫ – "Рубеж", 2001

Новый электрический альбом одной из самых модных сегодня в Питере и Москве групп. Название вполне адекватно произведению – сказать, что "Рубеж" – шаг вперёд по сравнению с предыдущим альбомом, значит, не сказать ничего. Никакого мелкобуржуазного эстетства, никакого петербургского болотного маразма в духе КОЛИБРИ – ненадолго магаданские девчонки-оторвы оказались очарованы городом на Неве, этот альбом – "новый рубеж", смертельное кабаре, где ты сегодня выходишь развлекать тонущее в пиве молодёжное быдло, а завтра "выстрел уложит нас рядом на красном прозрачном льду". Конечно, СНАЙПЕРЫ не первые в этом жанре – где-то между Натальей Медведевой, кричащей на лицензионной кассете об убивших себя ради любви русских Бонни и Клайде, и Земфирой, поющей перед многотысячной аудиторией песню "Хочешь", посвящённую умирающему человеку. Просто у Дианы и Светланы это наиболее (как ни странно) гармонично и наиболее отчётливо видна граница, рассекающая пополам кровавый театр. Весело, страшно и скрипка, равной которой я не слышал ни у АКВАРИУМА, ни у ДРКИН-БЭНДА – смычок ходит по струнам, как бритва по руке. "Просто жить рядом и чувствовать, что жив".

А вообще – это всё так, музыка. Просто мощный, драйвовый альбом прекрасной талантливой группы. Покупайте и слушайте – выводы каждый может делать сам.

Йозеф Г.


НОЧНЫЕ СНАЙПЕРЫ – "Рубеж", 2001

Почему не Берлин, не Прага, не Париж на худой конец? Почему – Питер? Какое отношение этот дуэт (а то, что группа разрослась в квинтет, ничегошеньки не изменило) имеет к Северному Стамбулу?

Одна моя хорошая знакомая выдала достаточно занятную фразу: "СНАЙПЕРШИ, конечно, интереснее Земфиры, но реализовать весь неслабый потенциал своего материала им слабо. Пусть лучше продают свои песни Талгатовне, а уж та их сработает на полную катушку – такой проект смогёт вообще всё". Сентенция небесспорная, но вот "Пиво-лето" несёт в себе уж больно много Z-проекции, и что это – пародия, совпадение, эксперимент или шутка, я не знаю. Но это – так. Как ИПВ'шные завывания в "Отраде".

Первый электрический альбом проекта ощущения вызывает противоречивыя. Характерный, узнаваемый вокал Дианы (чёрт, кто-нибудь скажет мне – она Арбенину никто?) со всеми его чуть слащавыми, чуть манерными, чуть томными интонациями, этакий hypervertinsky утоплен в добротном дубовом роке 80-х – так надо? На передний план выдвинут дабл-трек гитары, и Сургановская скрипка (отдельное спасибо Светке за вокал в "Ты") – она ещё есть, но уже где-то там, сильно на заднем плане. Правда, ей позволено соло – но только соло, в угоду плотному, "энергическому"-вроде-как саунду предано всё то, что, собственно, придавало неотразимое своеобразие этим песням-срезам, песням-состояниям, чувствам в Снайперской транскрипции, мне зачастую непонятным. Любовь вообще штука страшная. На затёртой демке (из которой потом произрос "Детский лепет") заглавная композиция звучит несравненно смертельнее, зато "Россия 37" – безусловный вышак.

И ещё. Уныло становится, когда, мысленно перетасовав тощую колоду поющих/певших тёток, как наших, так и не очень, задумаешься – а возможно ли женщине сделать что-либо достойное на неблагодатной "рокъ-ниве", не будучи при этом хотя бы би?

Паша Брошкина


Вниманию господ писак

Редакция оставляет за собой право внесения лексических изменений в материалы с целью приведения их в соответствие с генеральной концепцией издания. Дополнительного согласования с авторами не производится.


Главный редактор - Светлана Смирнова
Серый "кардинал" - Я-Ха
Литературный редактор – Сэнди
Зам. по техчасти - Евгений Кирцидели

Номер свёрстан и подписан в печать 8.06.01
Спонсорская поддержка - нету (гады!!!)
Контактный адрес: 192071, пр. Славы, 36-47
Контактные телефоны: (812) 4486990, 2607825


Автор: Старый Пионэр
опубликовано 08 октября 2007, 19:22
Публикуемые материалы принадлежат их авторам.
К этой статье еще нет комментариев | Оставьте свой отзыв



Другие статьи на нашем сайте

СтатьиБерегите тепло (Олди и его КОМИТЕТ)Павел Зюлько30.05.2011
СтатьиБерегите тепло (Олди и его КОМИТЕТ) (окончание)Павел Зюлько30.05.2011
РецензииАлександр Непомнящий - "Зеленые Холмы"Геннадий Шостак22.03.2004
РецензииАлександр Непомнящий и КРАНТЫ - "Цепная Реакция"Владимир Е. Обломов15.11.2007
Рецензии"Рок-поэзия Александра Непомнящего. Исследования и материалы"Геннадий Шостак20.08.2009
АрхивНебо под ногами (интервью с А. Непомнящим)Старый Пионэр14.04.2004
РецензииТеуникова & КОМПОЗИТ - "Таймер"Валерий Кудра22.01.2009
Статьи"Друзья зимой". Послесловие (Юлия Теуникова)Ликки Л.14.06.2006
СтатьиНочные посиделки с Юлией Теуниковой и Петром АкимовымГеннадий Шостак21.12.2007
СтатьиАкустический адреналин Юлии ТеуниковойВалерий Кудра14.03.2008
СтатьиЮлия Теуникова: "Я - андеграунд?"Алексей Анциферов08.02.2016
СтатьиСказка - ложь, да в ней намек (интервью с Юлией Теуниковой)Алексей Анциферов13.02.2017
Архив"Порог" (СПб) №04, август 2001 (отчеты, статьи, рецензии)Старый Пионэр24.12.2007
РецензииЮлия Тузова - "Улыбаюсь"Геннадий Шостак18.07.2011
РецензииТри очень разных альбома (Артём Белов, Юлия Тузова, Ч.Ч.)Игорь Лунев16.09.2013
РецензииНОЧНЫЕ СНАЙПЕРЫ -"Рубеж"Старый Пионэр23.03.2001
РецензииНОЧНЫЕ СНАЙПЕРЫ - "4"Олег Гальченко17.06.2013
СтатьиНОЧНЫЕ СНАЙПЕРЫ в ДК им. Горбунова (Москва, 7.03.2004)Ольга Химочкина09.03.2004
СтатьиНОЧНЫЕ СНАЙПЕРЫ - "Суперакустика" (концерт во МХАТе им. Горького, Москва, 27.05.2004)Ольга Химочкина03.06.2004
СтатьиОтстрелялись (НОЧНЫЕ СНАЙПЕРЫ в "Arena Concert Plaza", Киев, 15.07.2011)Валерия Соколовская18.07.2011

Другие записи архива
   
  Rambler's Top100
 
Copyright © 2002-2017, "Наш Неформат"
Основатель
Дизайн © 2003 (HomeЧатник)
Разработка сайта sarov.net
0.11 / 12 / 0.052