Новости :: Артисты :: Рецензии :: Статьи :: Архив :: Музыка(mp3) :: В рифму ::
Ссылки :: О проекте :: Об авторах :: Форум :: Гостевая книга :: Объявления ::
     
 

Поиск : Регистрация : FAQ : Пользователи : Группы : Профиль : Войти и проверить личные сообщения : Вход 

Что сказано, то сказано (жизнь и творчество Юрия Лозы, часть 1)

 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Наш НеФормат -> Статьи
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Олег Гальченко
Автор


Зарегистрирован: 22.08.2005
Сообщения: 125
Откуда: Петрозаводск

Сообщение 08 Дек 2016, 17:28 - Что сказано, то сказано (жизнь и творчество Юрия Лозы, часть Ответить с цитатой

Нет, ребята, это уже слишком! Меня и так на протяжении нескольких лет постоянно преследует чувство, похожее на дежа вю. Публикации в прессе на тему "два мира - два Шапиро", запреты на рок-концерты и целые фестивали, Троицкий, Шевчук и Макаревич - снова в числе диссидентов, а в праздничные дни на всех телеканалах - один большой и неувядающий Кобзон с песнями Пахмутовой... От той открытости, в которой я жил 30 лет назад, эта реальность отличается лишь двумя малозаметными деталями. Во-первых, по вечерам родители почему-то уже не спрашивают у меня, сделал ли я уроки, и в особенности ненавистную алгебру. И, во-вторых, выключив телевизор, я не ловлю в кромешной тьме Севу Новгородцева, а открываю сайт "Эха Москвы". Да, и еще в программе "Время" никто на лафетах что-то давненько не катался. Ну, ладно - я, в принципе, и не тороплю!..

А вот Юрий Лоза в качестве самого скандального музыканта страны - это перебор. Хотя и здесь есть свои недостатки, делающие нынешний день непохожим на то, что было 30 лет назад. Все-таки в 80-х никто не знал, как этот самый Лоза выглядит - некоторые даже называли его Лазо, видимо, путая с героем Гражданской войны, сожженным в паровозной топке японскими захватчиками. А кассеты с его песнями крутились на всех магнитофонах, и все комсомольско-молодежные газеты пригвождали к позорному столбу группу ПРИМУС, пропагандирующую чуждые нам идеи. А сейчас кто такой Юрий Лоза для широких масс? Человек, очень давно сочинивший хорошую песню "Плот" и раздающий всем интервью, в которых он то Ричи Блэкмора учит играть на гитаре, то Юрия Гагарина - летать. "Придурок!", - воскликнул космонавт Алексей Леонов, заступаясь за покойного друга. "Парень не очень умный!", - интеллигентно отозвался Артемий Троицкий на волнах "Эха Москвы". "А кто это?" - удивленно спросили музыканты легендарной группы DEEP PURPLE. "Да кто он вообще такой, чтобы покушаться на авторитеты подобного уровня!", - возмутились все остальные.

А ведь мы все уже успели немного подзабыть, кто он такой на самом деле. Причем началось это не вчера, а примерно 20 лет назад, когда на необъятных просторах государства российского установилась диктатура радиоформатов. По крайней мере, году в 1995-м, стоя однажды на остановке в ожидании троллейбуса, я наблюдал, как какая-то дамочка бальзаковского возраста пытается вернуть в ларек купленную накануне аудиокассету. "Совсем не те песни, которые звучат по телевизору! Даже слушать противно!", - приговаривала она. На одной стороне кассеты был записан первый альбом Лозы, на другой - сборник лучших песен Валерия Сюткина времен группы ТЕЛЕФОН. Оба имени уже давно в массовом сознании ассоциировались с чем угодно, но только не с лихим хулиганским рок-н-роллом. А сейчас - и подавно. За кадром осталась не просто значительная часть их репертуара, а сама революция, произведенная обоими в отечественной музыке. Да, бесспорно, "Плот" - одна из лучших лирических вещей, звучавших на советской эстраде в 80-е. Говорят даже, будто он спас сотни молодых жизней от суицида - и в это легко верится. Трудно вспомнить еще хотя бы одну песню, которая в самый канун потопа напомнила бы всем, что каждый сам себе Ной и должен строить ковчег собственными руками! И все-таки стоит переслушать альбомы Лозы, перечитать интервью, пересмотреть видеозаписи, чтобы понять: не "Плотом" единым он жив.

Правда, многие его творения померкли, да и высказывания годы спустя выглядят совсем не так, как прежде...


Детство, отрочество, юность

Юрий Эдуардович Лоза (кстати, изначально ударение в фамилии падало на первый слог) родился 1 февраля 1954 года в Свердловске, в семье служащих. Раннее детство провел в уральском городке Верхний Тагил, затем в семь лет вместе с семьей переехал в Алма-Ату. Рос типичным "трудным подростком" и, как вспоминал несколько лет назад в одном телевизионном интервью, часто возвращался домой после дворовых драк "с деформированным лицом". В юности увлекался спортом и даже получил первый разряд по нескольким видам. После школы поступил в Казахский государственный университет на географический факультет, но долго там не продержался, ибо дала о себе знать любовь к музыке, передавшаяся от отца - Эдуарда Брониславовича, иногда поигрывавшего на баяне.

Гитару Юрий освоил еще в тринадцать лет, даже были первые попытки участия в какой-то школьной самодеятельности, а в армии, в которую он был призван, едва успев начать учебу в алма-атинском музыкальном училище по классу ударных, руководил духовым оркестром - так что два года службы тоже не пропали даром для начинающего музыканта. После армии училище было все-таки окончено, а музыкальная карьера началась у Лозы так же, как и у очень многих будущих звезд - с игры в составах самодеятельных ВИА на свадьбах и танцах, с пения в ресторанах. Этот опыт все оценивают по-разному, кто-то его даже стыдится, а наш герой считает, что лучшей школы для начинающего и не придумаешь. Ведь кабацкому лабуху надо и память иметь феноменальную, чтобы по первому требованию исполнить любой хит на каком угодно языке, и вкусы публики знать в совершенстве, и уметь легко ориентироваться во всякой (иногда даже весьма экстремальной) обстановке.

В 1977 году Лоза присоединился к группе ИНТЕГРАЛ, базировавшейся тогда в Усть-Каменогорске, в Дворце культуры металлистов. История этого коллектива - как и личность его руководителя Бари Алибасова - наверное, требуют отдельного серьезного разговора, ибо ни то, ни другое пока еще не получило от исследователей нашего шоу-бизнеса адекватной оценки. Человек, несомненно, очень умный, циничный, по-восточному хитрый, Бари Каримович никогда не был ни музыкантом в полном смысле этого слова, ни даже продюсером музыкального ансамбля. Скорее, он был режиссером своеобразного молодежного театра-варьете, где музыка играла далеко не самую главную роль по сравнению с шоу, хореографией, драматургией - в тех случаях, когда в ход шли пародийные номера-сценки, похожие скорее на КВНовское творчество. Именно поэтому, когда старые рокеры говорят, будто организовав в конце 80-х группу НА-НА, Алибасов что-то там предал и опошлил, они не понимают, что НА-НА стала самым прямым, логичным, а в отечественных условиях, кажется, единственным возможным продолжением ИНТЕГРАЛА. Да, изменился стиль и качество музыкального аккомпанемента, но карнавальность, пародийность, пристрастие к ярким внешним эффектам и профессионализм всех без исключения участников проекта остались. И хоть я лично всегда питал стойкую антипатию к поздней алибасовщине, но, положа руку на сердце, вынужден признать, что кроме НА-НА, да еще, может быть, ЛЮБЭ российский шоу-бизнес не изобрел ни единого оригинального проекта за все годы своего существования. Пожалуй, и ИНТЕГРАЛ с точки зрения видео, режиссуры и общей концепции выглядел гораздо интереснее, чем с музыкальной точки зрения - недаром же сохранившиеся аудиозаписи концертов почти не воспринимаются без видеоряда. А тот факт, что группа играла живьем очень качественную смесь кантри и хард-рока, можно считать случайным стечением обстоятельств. Просто такая мода имела место на рубеже 70-х - 80-х годов.

Видимо, именно этот период вдохновил Юрия Лозу на следующие строчки стихотворения, так и не ставшего песней:

Я познал, пока цыганил,
Быт эстрадных коллективов,
Где на каждого с мозгами
Трое-пятеро кретинов,
Где одни и те же спины
В бесконечных переездах,
Где не пьют до половины,
Где веселые болезни,
Шприц прокипятив в стакане,
Лечат в номерах гостиниц
С бравой сотней тараканов
По углам и в паутине.
Бабы, музыка и шмотки -
Вот они, три главных темы!
Жизнь, разбавленная водкой,
Жизнь, закованная в стены...
Быстро времечко бежало
Бестолково, нерадиво.
А ведь я любил, пожалуй,
Быт эстрадных коллективов!


Жизнь, полная приключений, началась в 1978 году, когда группа закончила формирование нового состава: Бари Алибасов - композитор, лидер-вокал, ударные, руководитель; Альберт Гумаров - бас-гитара, лидер-вокал; Юрий Лоза - композитор, гитара, лидер-вокал; Ирина Комарова - скрипка, бас-гитара, вокал; Михаил Лазарев - банджо, гитара, флейта, вокал; Бахытжан Ахмешев - стил-гитара, вокал; Виктор Щедрин - гитара, флейта, вокал; Петр Березовский - ударные; Леонид и Марина Пахаревы - танцевально-пластический дуэт. ИНТЕГРАЛ, получив разрешение на выступления по всем городам СССР, впервые выбрался за пределы Казахстана и устроился на работу в Саратовскую филармонию. Администратором их первой гастрольной поездки в Ташкент была назначена Римма Крашенинникова, которую Алибасов заподозрил в махинациях с билетами и задержке выплат зарплаты артистам, о чем и сообщил дирекции филармонии. В отместку Крашенинникова по окончании концертов в Ташкенте спрятала в своем гостиничном номере гитары Юрия Лозы и Алика Гумарова. Перед отъездом в аэропорт музыканты через балкон залезли в окно и выкрали свои инструменты. В Москве у трапа самолета их уже ждал отряд милиции, препроводивший обоих обратно в Ташкент. Пришлось Гумарову и Лозе провести в СИЗО целую неделю, пока Бари Каримович улаживал конфликт.

В дальнейшем скандалы сопровождали ИНТЕГРАЛ на каждом шагу. Сама атмосфера, царившая в коллективе, была сродни тому, что творилось в 60-х с участниками легендарной группы CREAM. Там, если кто не помнит, три гениальных музыканта, сливавшиеся на сцене в единое мощное целое, вне сцены питали друг к другу такую антипатию, что аж кушать не могли. Но втроем-то, наверное, еще можно о чем-то договориться. В алибасовской же команде, с учетом всего обслуживающего персонала, состояло около тридцати человек, и взаимоотношения их складывались куда сложнее. "В отличие от нанайцев, интегральцы делились на группки, компании, фракции, кто-то кого-то не любил, кто-то кого-то постоянно подсиживал, "съедал", гнобил, вечно плелись какие-то интриги. Свой, скажем, круг был у Юрия Лозы, имевшего обыкновение бухать все ночи напролет. Но если быть честным, я и сам не очень-то отставал от него в этом смысле за компанию со своими близкими друзьями Аликом Гумаровым и Лешей Шмаргуненко. Отличало нас от Лозы разве лишь умение включить тормоза, так как мы никогда не забывали, что утром ждет очередная репетиция или переезд в другой город. Что же касается Лозы, то у нас в группе со временем даже появился термин "лозизм", включавший в себя все негативное из жизни гастролирующего музыканта", - вспоминал в своей книге "Основы НА-НАйской философии" Алибасов. С Лозой у него, похоже, счеты были особые - за годы сотрудничества нервов друг другу попортили немало. "Тот же Юрий Лоза, при всем его потрясающем разгильдяйстве, давал урок, "как не надо делать". К примеру, садимся мы рано утром в автобус, чтобы ехать дальше по гастрольному маршруту. Все собрались, нет одного Лозы. Сидим, ждем минут двадцать-тридцать. За это время кто-то смог бы еще и поспать, кто-то - побриться, кто-то - сходить в буфет. Наконец наше терпение иссякает, и мы берем на вооружение... радио. Ровно в назначенный час по последнему шестому сигналу точного времени автобус трогается с места. В тот же самый момент в дверях гостиницы, как правило, появляется Юрий Лоза. Но мой приказ категоричен: если автобус двинулся, остановки быть уже не может. Как теперь Лоза доберется до пункта назначения - на такси, на самолете, меня не волнует. Справедливости ради, это порой касалось не только Лозы, но чаще всего страдал от этого он как самый недисциплинированный".

Главным принципом управления у Алибасова, поощрявшего всю эту междоусобицу, был проверенный временем принцип "разделяй и властвуй", а личные и творческие разногласия решались предельно просто - кровавые драки на репетициях не считались чем-то из ряда вон выходящим. Авторитарный лидер требовал беспрекословного подчинения, соблюдения жесткой дисциплины, для чего даже ввел систему штрафов за разного рода нарушения: "Курение за 5 минут до концерта - 3 рубля штрафа, девушка в гостиничном номере - 25. Штрафы взимались и за другие провинности: опоздание на концерт, пьянка, ошибки во время выступления. "Штрафные" деньги шли в общую кассу - на них приобретались новые музыкальные инструменты, техника, экипировка".

И самое удивительное, что все это соседствовало с настоящим творчеством. Группа, возившая с собой два трейлера с 80 тоннами аппаратуры - в том числе редкие для той поры приспособления для световых и пиротехнических спецэффектов, - в любом городе могла рассчитывать на аншлаги, отыгрывая по 2-3 концерта в день. Милицейские кордоны с овчарками у входа в зал, массовые потасовки между добропорядочными зрителями и пытающимися прорваться на концерт безбилетниками, фаны, штурмующие Дома культуры через окна туалетов и разобранные крыши, на протяжении многих лет сопутствовали всем выступлениям ИНТЕГРАЛА как в столице, так и в далекой глубинке.

Весной 1980 года на фестивале "Весенние Ритмы" в Тбилиси группа вошла в число лауреатов, разделив третье место с ныне уже безнадежно забытым рижским ТИП-ТОПОМ и батумским ЛАБИРИНТОМ. Кстати, сам фестиваль смог состояться лишь потому, что Алибасов предоставил Грузинской филармонии свою аппаратуру - местные организаторы оказались неспособны обеспечить мероприятие достойной технической базой. Фирма "Мелодия" спустя некоторое время выпустила двойной диск с записями победителей. ИНТЕГРАЛ там оказался представлен двумя народными песнями с гумаровским вокалом - татарским "Подснежником" и грузинским "Сулико" (в 1981-м их издали отдельным синглом, дополнив еще кавер-версией композиции Чеслава Немена "Странный Человек" с вокалом Юрия Лозы).

Тогда же началась недолгая, но весьма плодотворная кинематографическая судьба ИНТЕГРАЛА. Впервые Лоза и Алибасов появились на экране благодаря финским документалистам, снявшим на тбилисском фестивале несколько фрагментов выступления, - в том числе песню про Вилли и его пиво. Годом позже группу пригласили поучаствовать в работе над замечательной во всех отношениях лентой Юлия Гусмана "Не бойся, я с тобой!". Это было произведение, не вписывавшееся ни в какие жанровые рамки и призванное угодить вкусам самой широкой публики. Много восточного колорита (почти как в "Белом солнце пустыни"), напряженный приключенческий сюжет с погонями, похищениями невесты и входящими в моду боевыми единоборствами, Лев Дуров в роли интеллигентного супермена и Полад Бюльбюль-оглы, умудрившийся в 36 лет убедительно сыграть 16-летнего юнца, наконец, много искрометного юмора, соседствовавшего с пафосными элементами рок-оперы. Всю музыку к фильму сочинил Бюльбюль-оглы, тексты принадлежали перу московского поэта Алексея Дидурова. Вокальные же партии записали сам композитор, Иосиф Кобзон, Ирина Понаровская, Владимир Винокур. В темпераментных пьесах соло сыграл гитарист Юрий Ильченко, однако ни его имя, ни название группы, аккомпанирующей солистам, на обложке пластинки с саундтреком, вышедшей в 1982 году, указаны не были. И это вопиющая несправедливость хотя бы потому, что без самых роковых и самых пронзительных фрагментов - "У Края Жизни" (он же - "Песня На Башне") и "Вот Человек Рождается На Свет..." - картина лишается своего философского подтекста.

В киноверсии рок-оперы Алексея Рыбникова "Звезда и Смерть Хаокина Мурьеты" (1982) задача группы свелась к тому, чтобы как можно точнее повторить сыгранное когда-то на знаменитой пластинке АРАКСОМ, чуть-чуть подогнав отдельные куски к видеоряду. Зато музыкантам позволили появиться в кадре - Юрий Лоза даже сыграл главаря банды, насилующей и убивающей жену Хаокина. Попасть же на телевидение с собственным материалом алибасовцам удалось лишь через 4 года, когда их фронтменом стал уже басист Евгений Белоусов.

Некоторые песни Лозы (например, баллада "Мать Пишет") время от времени звучали на концертах ИНТЕГРАЛА, но реализовать себя как автор в полную силу Юрий никак не мог. К тому же, Алибасов не выполнил своего давнего обещания выбить Лозе квартиру в Саратове, тогда как сам себя обеспечил неплохими апартаментами в Москве. И в 1983 году Лоза, несмотря на успех и солидные заработки, решился уйти. Как тогда казалось - в никуда...


Никого не трогаю, починяю примус

Все-таки было одно отличие у ИНТЕГРАЛА от НА-НА, которое невозможно не заметить. Когда популярность "нанайцев" сошла на нет, никто из них так и не смог по-настоящему раскрутить свой сольный проект. Их если и продолжали любить - то исключительно как бывших "нанайцев". А вот со многими бывшими участниками ИНТЕГРАЛА почему-то получалось с точностью до наоборот. Оставшись в одиночестве, они начинали творческую карьеру с таким видом, будто раньше ничего не было, и добивались успеха сами по себе. В данном случае не важно, каково было качество музыки у сольников Белоусова или Челобанова. Участие в поп-проекте почему-то воспитывало заводных кукол, а рок-группа выковывала яркие индивидуальности. Юрий Лоза доказал это первым на собственном примере.

Его завоевание Москвы начиналось с нуля, с почти бомжовских скитаний. Ночевал где придется, сочинял как получится - иногда даже в холодных тамбурах электричек, жил на старые, быстро таявшие запасы денег, заработанных у Алибасова, фарцевал понемногу и подумывал, не завязать ли с музыкальным творчеством насовсем. Попытка поступить в ГИТИС на режиссерское отделение оказалась неудачной (в последующие годы она была повторена еще четырежды, и прочитанной при подготовке к экзаменам литературы хватило для такого глубокого самообразования, что официальный диплом уже не понадобится). Носить свой материал на "Мелодию" значило лишь терять понапрасну время. Тем не менее, понемногу начали завязываться полезные связи в музыкальных кругах - в том числе и андерграундных. Например, Юрий очень тесно сдружился и даже начал сотрудничать как композитор с Алексеем Дидуровым. Этот тандем одобрили далеко не все люди из дидуровского окружения поэтов и музыкантов, группировавшихся вокруг тогда еще подпольного рок-кабаре "Кардиограмма". Например, Дмитрий Быков и поныне всячески подкалывает Лозу в своих выступлениях и статьях, утверждая, будто песни типа "Плота" - ни что иное как сопливая лирика неудавшегося мачо, самый лучший клип на которую снял Алексей Балабанов в знаменитой сцене фильма "Груз 200", где маньяк едет на велосипеде под оглушительно вопящий кассетник. Однако сам Дидуров, очень строго относившийся к коллегам и даже Макаревича считавший "плоским", видимо, придерживался несколько иного мнения. Он способствовал организации нескольких акустических концертов Лозы и впоследствии даже вставил малоизвестную песню "Бег Без Конца" в один из томов аудиоантологии "Солнечное Подполье".

А настоящая слава подкралась неожиданно совсем с другой стороны. Как-то раз Юрий по своим спекулянтским делам заглянул к давнему приятелю - бывшему скрипачу ИНТЕГРАЛА Ярославу Ангелюку. Того на месте не оказалось, но зато в его оборудованной по самому высшему классу домашней студии репетировали англоязычную программу музыканты из группы ПРИМУС - Александр Боднарь и Игорь Плеханов. Школьные друзья, познакомившиеся с Ангелюком три года назад около музыкального магазина на Неглинной, где тусовалась самая крутая фарца, звезд с неба не хватали - играли на дискотеке в военном городке Голицыно-2 по выходным да пописывали песни, сдирая идеи у модных западных коллективов типа SECRET SERVICE. Большим мастерством ребята не отличались - Боднарь работал на голицынском узле связи, Плеханов вообще был летчиком. И Лозу, человека бывалого и любознательного, больше заинтересовали не они, а находившиеся вокруг синтезаторы, секвенсоры и компьютеры. Кто при виде такого богатства не испытает естественного желания понажимать на кнопочки и посмотреть, что из этого выйдет?

Юрий провел в студии два дня и записал целую дюжину сырых, как он думал, набросков своих песен. Все происходило в виде веселого экспромта: Плеханов забивал в ритм-бокс ударные и бас, успевая при этом еще и поигрывать на синтезаторе одним пальцем, не знающий нот Боднарь вставлял гитарные соло, подстраиваясь по положению пальцев Юрия, а сам Лоза пел и играл на ритм-гитаре. Видимо, общая расслабленная атмосфера повлияла и на подбор материала, в котором преобладали песни с алкогольными мотивами, и на качество записи. По сути дела по-настоящему доведенными до ума во всей подборке оказались лишь три вещи: "Девочка В Баре", "Баба Люба" и "У Меня Папа Мал". Это были стандартные рок-н-роллы, содранные с классических западных образцов и потому не требующие особого труда от исполнителя. Все остальное осталось очень невыразительным. В блюзе "Пора По Чуть-Чуть", например, запоминается не столько мелодия или текст, сколько импровизированный радиотеатр - разговоры алкашей возле пивного ларька, разыгранные с прапорами из близлежащей воинской части, притащившими вечером второго дня в репетиционный подвал ящик вина. "Дядя Швейцар" удивлял разве что строчкой про некоего "швейцарского царя", никогда не существовавшего в природе. В "Утре С Похмелья" текст, повествовавший о пробуждении после бурной вечеринки в обнимку с незнакомой девицей, был сам по себе неплох, а вот музыка отсутствовала как таковая. Попытки как-то украсить средненькие произведения хоть чем-то выглядели натужно. Скажем, в самом начале песни "Мой Приятель - Голубой" пародируется мугам - стиль народной азербайджанской музыки, видимо, усвоенный Лозой во время работы над фильмом "Не бойся, я с тобой". При чем тут мугам и вообще Азербайджан, а тем более - Бюльбюль-оглы, не замеченный ни в каких гомосексуальных приключениях, непонятно. Просто прикол такой - и точка! Как, впрочем, и сама песня, не проливающая никакого света на тяжкую гейскую долюшку. Добавим для полноты картины, что звукорежиссер при записи отсутствовал вообще. Просто в углу комнаты стоял магнитофон "Нота-203", фиксировавший все происходящее на два канала.

А затем происходит не очень понятное. Лоза забирает свою копию пленки и уходит, а через некоторое время в самопальных студиях звукозаписи появляется магнитоальбом "Путешествие В Рок-н-Ролл". Из висящего на официальном сайте ПРИМУСА корявого текста, видимо, записанного со слов Александра Боднаря, можно сделать вывод, будто вброс совершил именно Лоза. На ту же мысль наводит и признание, сделанное Юрием в одном из интервью начала 90-х: скандальное содержание двух первых альбомов было продиктовано трезвым коммерческим расчетом. Однако сам он уверяет, будто обиделся на своих новых знакомых, услышав, как в самом начале альбома голос Боднаря произносит: "Свои песни для вас поет группа ПРИМУС!" Понятно возмущение автора, не дававшего разрешения на тиражирование своих опусов и не считавшего себя членом данной группы. Вот только реплику эту почему-то кроме Лозы никто не слышал. Ни в одном из официальных и пиратских переизданий альбома, ни в одной из бродящих по Интернету оцифровок вы подобного предисловия не найдете. С другой стороны, склонность ПРИМУСА к паразитированию на чужих успехах тоже хорошо известна. Где-то через год ребята даже обратятся к знаменитому свердловскому барду Геннадию Перевалову за разрешением использовать одну его песню и жутко огорчатся, получив отказ. Судя по всему, обе конфликтующие стороны чего-то не договаривают, и чего именно, мы, возможно, не узнаем никогда.

Так или иначе, альбом стал достоянием общественности и приобрел невиданную популярность. Объяснялся столь громкий успех очень просто - классического рокабилли на русском языке у нас практически не существовало. Тем более не было рок-музыки, ориентированной на подростковую аудиторию, на тех самых мальчиков и девочек, которые хотели бы узнавать себя в героях песен, но вряд ли могли это сделать, слушая МАШИНУ ВРЕМЕНИ, АВТОГРАФ, ДИАЛОГ, не говоря уже об АКВАРИУМЕ. Лишь к середине 80-х, когда ВИА окончательно отстали от времени и разучились делать современную танцевальную коммерческую музыку, вакуум кое-как начал заполняться ветеранами все тех же ВИА, нашедшими таки силы для дальнейшего творческого роста - Барыкиным, Кузьминым, Сарухановым, Варданяном и некоторыми другими. Лоза попал в яблочко как будто бы случайно, но именно его опыт оказался необычным. Ибо раньше никто из его ровесников и коллег - звезд отечественного тинибопа - не оказал хоть какого-то заметного влияния на отечественный панк-рок. И только из "Путешествия В Рок-н-Ролл" вышел весь СЕКТОР ГАЗА со всеми своими более или менее удачными подражателями.

Однако делить свой успех с кем бы то ни было Юрий не захотел, и, вдрызг разругавшись с Ангелюком, объявил ему самую настоящую информационную войну. В условиях полного отсутствия информации любой слух звучит так же громко, как автосигнализация в пустом дворе часа в три ночи. У Лозы же имелось несколько звездных друзей, веривших ему и готовых повторять услышанное от него слово в слово. Даже пять лет спустя Александр Градский, представляя один из хитов Юрия в своем хит-параде на радиостанции "Юность", будет рассказывать, что никакой группы ПРИМУС на самом деле не существует - просто на кассете с "Девочкой В Баре" было написано на латыни "PRIMUS", что в переводе значит "первый". Я что-то не припомню, чтобы мои ровесники-тинейджеры из спальных районов когда-либо изъяснялись на языке древнеримских патрициев, но великому Градскому публика верила больше, чем собственным глазам и ушам.

Чем могла ответить якобы несуществующая группа на травлю? Только невероятной творческой активностью. ПРИМУС, доукомплектовав состав еще одним клавишником Сергеем Коровиным, записывает новый, по-настоящему самостоятельный магнитоальбом "Пейте Пепси-Колу". Он выглядит весьма неровным, но поражающим мощью электронного звучания. Две композиции были позаимствованы из раннего, "долозовского" репертуара и исполнялись на английском. Отличные образцы танцевальной музыки - "Fight Fight Fight" и "Your Eyes" - вполне можно было счесть за творения если уж не британцев, то восточных немцев точно, особенно если не принимать близко к сердцу чисто московский акцент вокалиста. Среди русскоязычных номеров можно найти и те, что продолжили сатирическую линию "Путешествия В Рок-н-Ролл" ("Резиновый Рок", "Фирма"), хотя ирония в них выглядела куда мягче, чем в рок-н-роллах Лозы и вряд ли могла по-настоящему уязвить высмеиваемых персонажей - инфантильных модников и тусовщиков, не способных не только глубоко чувствовать, но даже связать пару слов. Лирика типа "Мига Любви" и "Поверь Мне", в пику всем сложившимся на отечественной эстраде традициям, была начисто лишена всякой сентиментальности, но зато содержала очень-очень скромный - с сегодняшней, а не тогдашней точки зрения - намек на эротику. Кроме того, Ангелюк с сотоварищами, как и положено настоящим техно-романтикам, не забыл воспеть кое-что из атрибутов цивилизации ("Телефон", "Малыш Геликоптер"), а заглавную композицию альбома сделал похожей на рекламный ролик всемирно известного напитка - скорее всего, абсолютно бескорыстно, не ставя в известность производителя. Если бы это произошло в какой-нибудь более цивилизованной стране, знающей цену рекламе, несложно представить, как бы смогли обогатиться музыканты на одном только этом произведении - с учетом тиража ходящих по стране бобин и кассет! Увы, компания "PepsiCo", кажется, и поныне не в курсе, что решающую роль в продвижении ее бренда на российский рынок сыграл обычный барыга, на досуге певший и поигрывавший на синтезаторе!..

Материал следующего альбома "Стоп, Монету!" (1985) по качеству превзошел все, что группа делала прежде. Композиции подобрались очень разноплановые, чтобы можно было показать себя с самых разных сторон. Большинству слушателей запомнилась прежде всего "Знакомства В Метро" - ироничная, и в то же время добрая зарисовка на тему любви в большом городе. Герой песни - обычный московский парень, который готов разглядеть свой идеал в любой неприметной девчонке, было бы у той чуткое, отзывчивое сердце. Тут же присутствовала сентиментальная, отчаянная "Ревность", несколько несуразная баллада "Ночью И Днем", воспевавшая прелесть встречи новогодней ночи в лесной заснеженной чаще, и жесткий, близкий к панк-року номер "У Марины Странный Вкус", высмеивающий легкомысленных барышень, предпочитающих гулять с иностранцами. Сатиры тоже было предостаточно - заглавная вещь, стоявшая в трек-листе первой, например, описывала мрачноватую картину будущего, где без денег и шагу сделать будет нельзя, а следовавший за ним "Четвертак" подкалывал уже начинавших входить в моду народных целителей и экстрасенсов, делающих бизнес на наших болячках. Полная трагизма песенная дилогия "Дивный Сон" и "У Гроба" несколько выбивалась и из общего контекста, и из привычного для ПРИМУСА репертуара. Это были баллады о грехе и покаянии, в которых даже упоминался Христос - правда, вскользь, но как некий пример, мерило честности и бескорыстия. Как раз в этот период к группе присоединился певец из Череповца Александр Соловьев, добавлявший своим голосом чисто хард-рокового драйвового надрыва, что вкупе с сочными и тяжелыми гитарными соло производило невероятно сильный эмоциональный эффект.

ПРИМУС оказал мощнейшее влияние на отечественную "новую волну" и породил целую плеяду подражателей. Но, несмотря на свою фантастическую популярность, за все время существования коллектив дал всего один концерт, да и тот обернулся конфузом. Мероприятие было предназначено исключительно для жителей закрытого городка, однако кто-то изловчился скупить часть билетов и перепродать их втридорога в Москве. В результате к назначенному часу к шлагбауму КПП явилась толпа фанов, устроившая такой погром, что для разгона пришлось вызывать роту автоматчиков. Отыграть программу музыкантам все-таки позволили, но потом выставили вон со всей аппаратурой, заставив скитаться по подмосковным ДК в поисках новой прописки. Инцидент совпал с началом крупномасштабной антироковой кампании с "черными списками" от Министерства культуры, в которых ПРИМУС, естественно, числился первым номером, и разгромными статьями в прессе. Первый критический залп произвел на страницах "Комсомольской Правды" ленинградский композитор Александр Морозов, опубликовавший статью "О чем варит ПРИМУС?". С этого момента название группы становится символом пошлости и антисоветчины даже для тех, кто ее ни разу не слышал, а песня "Девочка В Баре" - мишенью для упреков в "воспевании красивой жизни" и аморальности. Что ж, такая у нас была страна - "красивой жизнью" считалось сидение в обшарпанной забегаловке и употребление пепси-колы! Хуже этого считалось лишь абсолютно некрасивая периферия из ранних песен Юрия Шевчука...

Под шумок никто не заметил, как в начале 1985-го ПРИМУС тихо и бесславно перестал существовать. Случилось это как раз тогда, когда появилась реальная возможность легализоваться и отправиться в совместный гастрольный тур с Михаилом Муромовым. В одну из зимних ночей кто-то взломал двери новой, с немалым трудом выбитой репетиционной базы в Немчиново и вынес самую дорогую часть аппаратуры. Ангелюк заподозрил в краже Боднаря, тот не смог найти убедительных слов в свое оправдание, и они расстались заклятыми врагами. Остальные разбежались кто куда. А критики еще года полтора вели ковровые бомбардировки по мертвым руинам. Имя Лозы в их статьях упоминалось крайне редко. Свою дозу хулы и хвалы Юрий получит чуть позже - в том числе от рок-интеллектуалов, очень по-разному оценивающих его творчество и роль в истории.

Александр Кушнир: "Лоза стал одним из первых, кто доказал, что эстрада может быть энергичной и остроумной, а рок-н-ролл - массово-доступным и неагрессивным".

Артемий Троицкий: "Большая часть дискотечного рока была явным барахлом: так же, как танцевальные хиты во всем мире, эти песенки держались "в топе" по нескольку месяцев и затем исчезали без следа. Исключение составили альбомы ПРИМУСА "Путешествие В Рок-н-Ролл" и "Банановые Острова" Юрия Чернавского. ПРИМУС - точнее, бывший гитарист-вокалист ИНТЕГРАЛА Юрий Лоза с ритм-боксом и секвенсором - это электронный рокабилли с текстами, в которых банальность лексикона и образов странно сочетались с "запретностью" тем (пьянство, прожигание жизни и даже намеки на гомосексуализм). Я помню, услышав ПРИМУС, подумал: это какой-то ВИА, получивший государственное задание "записать панк-рок" - так, как они его себе представляли. Фактически это был ЗООПАРК "для бедных" - поверхностный и упрощенный, к тому же лишенный изысканной самоиронии, столь характерной для Майка. Однако "бедных" оказалось невероятно много, и альбом Лозы имел громадный успех, а песня "Сладкая Жизнь" стала просто легендарной". И еще порция гадостей от Артемия Кивовича: "Первый альбом с группой ПРИМУС, третий и пятый - с профессиональным ансамблем ЗОДЧИЕ, где Лоза уже несколько лет играет, можно квалифицировать как русский паб-рок. (У нас нет пабов, но звон пивных кружек прекрасно подходит к песням Лозы)".

Сергей Жариков: "Когда Лоза приехал в Москву, он был просто кээспэшником. Его окрутили, охмурили, и он стал петь песни про алкоголиков, пивнушки и записал первый альбом с ПРИМУСОМ. На самом деле ПРИМУС означает "первый", а не предмет домашнего обихода, на котором готовят еду.
ПРИМУС - группа Ангелюка, а не Лозы. Когда в афишах писали: "Юрий Лоза и ПРИМУС", никто не понял, что Лоза и ПРИМУС - существа разные, объединившееся вместе, чтобы выпустить альбом.
По уровню Лоза гораздо выше ПРИМУСА. Он вообще один из самых талантливых музыкантов нашего времени. У него есть голос, свой характерный тембр, что теперь встречается очень редко. Но его явно затирают. Он относится к тем немногим людям, у которых есть дар и которые при этом совершенно у нас не рекламируются.
А ПРИМУС тем временем выпускает плохие альбомы. Особенно Ангелюк потряс мое воображение песней про пиццу. "Пицца моя, пиццерия..." - никогда не думал, что такое можно насочинять и петь со сцены".


А еще говорят, будто в 1985 году некоторые ленинградские аудиосамиздатчики отказывались тиражировать первый магнитоальбом московской группы МИСТЕР ТВИСТЕР из-за того, что им он слишком напоминал раннего Лозу. Но тут мне видится скорее плохо прикрытая ревность. На берегах Невы почему-то никогда не умели играть рокабилли...


Следующая часть >>
 
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Наш НеФормат -> Статьи Часовой пояс: GMT + 4
Страница 1 из 1

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


   
  Rambler's Top100 Copyright © 2002-2006, "Наш Неформат"
Основатель Старый Пионэр
Дизайн Кира © 2003 (HomeЧатник)
Техническая поддержка Пашти © 2006