СПЛИН - "Резонанс. Часть 1"


(с) & (p) Navigator Records, 2014

Конечно, хотелось бы дождаться второй части дилогии, чтобы составить полное впечатление, а потом уже высказаться. Это ведь всё равно что о "Войне и мире" судить по первым двум томам, прекрасно зная, что их должно быть значительно больше. А с другой стороны - попробуй дождись этой самой второй части, если кое-кто из популярных отечественных исполнителей прошлых лет тоже зачем-то свои альбомы снабдил подзаголовком "Часть 1", но в последующие годы никакого продолжения так и не последовало. И не придраться ни к чему, ибо одной группы давно не существует, другая звезда порвала отношения с продюсером и возглавляемым им лейблом, а с прочими вообще не пойми что происходит. Правда, у СПЛИНА даже в Википедии в разделе "Дискография" присутствует часть 2, выход которой планируется на октябрь, но мало ли кто что обещал!..

Так или иначе, а многие важные и весьма любопытные моменты вырисовываются уже сейчас. "Резонанс" - это альбом о Питере. Но не совсем о том, в котором живёт Александр Васильев с сотоварищами, а о некоем призрачном, странном городе, который может привидеться только во сне хорошо изучившему его изнутри человеку. Все необходимые для того, чтобы определить место действия детали нам покажут уже в первой песне, носящей название "Всадник". Тут вам и "всадник из меди", прискакавший с приветом от А. С. Пушкина, и невские волны под мостами, и ангел на шпиле, заблудившийся в тумане, в общем - полный набор открыток с видами достопримечательностей. В отличие от Евгения Феклистова, еще совсем недавно прогулявшегося по тем же самым местам и нагулявшего почти что новый неофициальный гимн Северной столицы, Васильев напрочь лишен иронии. Он то ли сознательно, то ли невольно копирует почерк сразу всех советских песенников, воспевавших "город нашей славы трудовой" - разве что к крейсеру "Аврора" ни с какими вопросами не пристает. Однако в этом-то и кроется главный подвох сюжета: действия самых ярких и запоминающихся снов происходят, как правило, в самых привычных для нас декорациях. Вот и лирическому герою Васильева предстоит не раз пережить ужас, удивление, растерянность там, где меньше всего этого можно ожидать. Текст "Мороза По Коже" по количеству скрытых цитат из поэтов разных времен, тщетно пытавшихся спрятаться в уличной толпе от депрессии, бьет все рекорды - ранний Константин Арбенин, славившийся как раз подобными коллажами, от зависти бы лопнул. "Мой город, знакомый до слёз" - знамо дело, из Мандельштама, когда-то испоганенного косившей под Пиаф молодой Пугачевой, пес голодный и безродный - кажется, из Блока: "Смотрим друг другу в глаза - и по коже мороз..." Или это из Шевчука, совсем в другие смутные времена представившего Петербург в образе черного пса? В любом случае бояться того, что придут двенадцать красногвардейцев и всех перестреляют, не надо - в этом мегаполисе давно вымерли все пассионарии, здесь царит глубочайшая апатия и по сути дела никто не живет.

"Нет никого и только ветер гуляет на галерее, переливаясь на солнце и отражаясь в окнах домов...", - красивая, далекая от будничной суеты картинка, рассматривая которую тем не менее постоянно чувствуешь хрупкость, ломкость этой красоты. Не случайно музыкальный аккомпанемент здесь лишен слащавости, он совсем не убаюкивает, а скорее наводит на мысль, будто автор торопится поскорее запечатлеть хотя бы в памяти уже собирающийся рассыпаться в прах пейзаж. В конце концов от гибнущего без каких-либо мук мира остается лишь музыка - как парящая в воздухе улыбка известного персонажа Льюиса Кэрролла, и это обнадеживает - значит, жизнь все-таки продолжается, пусть и перейдя в новое качество. А вот вид пустых автомобилей друзей, одиноко стоящих у подъездов в "Помолчим Немного" навеивает тревогу. Ощущение, что ты являешься частью Вселенной и частью человечества прошло вместе с молодостью, друзья если и живы - то интересуются прежде всего своими личными проблемами, фактически сделавшись абсолютно чужими. Снег и лед, попадающие в поле зрения героя в песне "Есть Кто-Нибудь Живой", тоже добавляют холодных мурашек по коже, причем это вам уже не борющаяся за жизнь из последних сил "жертва талого льда", а жертва нового ледникового периода, уже смирившаяся со своей обреченностью.

Да что говорить про окружающую Васильева среду, если он сам со всей своей группой напоминает героя снов - очень похожего на реального, но всё-таки не совсем от мира сего! С одной стороны, любая из композиций могла бы появиться в репертуаре СПЛИНА и десять, и двадцать лет назад. Они настолько типичны, предсказуемы и узнаваемы по стилю, по темам, по настроению, что временами кажется, будто это - эхо уже сделавшихся классикой хитов середины 90-х. Скажем, "Среди Зимы" - не что иное как отдалённый отзвук "Гни Свою Линию", "Ай Лов Ю!" - очередной опыт в области научно-популярного рэпа, продолжающий линию "Урока Географии", а ночная паника в отдельно взятой квартире, описанная в "Дверном Глазке" - видимо, то, что начинается, едва только люди перестают "делать новых людей". В то же самое время по всему видно, как группа старается уйти от простых решений своих творческих задач, от поверхностных и откровенно коммерческих ходов, которые неплохо шли "Гранатовому Альбому", но совершенно нелепо выглядели бы сейчас. Легкий крен в сторону психоделии, происходящий главным образом благодаря монотонным, словно бы плывущим в невесомости звукам клавишных Николая Ростовского, делает свое дело безукоризненно. Не забывает напоминать о себе в самые драматические моменты и гитара Вадима Сергеева. Нельзя сказать, будто нынешний состав - самый сильный в истории группы, но именно ему пришло в голову(ы) наконец-то опровергнуть сложившееся у широких масс убеждение, будто СПЛИН - группа интеллектуальная, интеллигентная, но уж больно скучная. Осторожно, не делая резких движений, не распугивая своих поклонников, ребята тем не менее движутся во вполне очевидном направлении - в сторону усложнения формы, к уделению большего внимания инструментальной стороне дела. Стилистический диапазон от почти индустриального "Помолчим Немного" до чуть-чуть усложненного аранжировкой городского романса в "Старом Доме", плюс четко выраженная, объединяющая все номера концепция - как до такого могли додуматься люди, звездный час коих, казалось бы, уже позади? Одно из двух - либо второе дыхание, либо мы о них изначально не знали чего-то очень важного.

Вот почему и не терпится узнать, что будет во второй части. Может быть, если сейчас нам было в основном страшно, то затем будет в основном смешно? Или нам откроют какие-то новые петербургские тайны? А главное - вдруг, наконец, станет ясно, почему альбом окрестили именно "Резонансом"? Ведь не может быть, чтобы всё свелось к простейшему толкованию: мол, как пукнется - так и аукнется!.. Предсказывать заранее что-либо определённое трудно, как бы нам ни говорили "гляди из всех укрытий за горизонт событий!" Мейнстрим 90-х тем и отличался от рока предыдущего поколения, что был гладким, прилизанным, глядящим не столько за горизонт, сколько себе под ноги. Теперь в нем пробуждается тяга к чему-то более возвышенному, запредельному. И, слава богу, время на то, чтобы изменить положение дел к лучшему, еще не упущено...

Автор: Олег Гальченко
опубликовано 18 августа 2014, 18:23
Публикуемые материалы принадлежат их авторам.
К этой статье еще нет комментариев | Оставьте свой отзыв



Другие статьи на нашем сайте

РецензииСПЛИН - "Раздвоение Личности"Андрей Головкин02.08.2007
РецензииСПЛИН - "Сигнал Из Космоса"Алексей Анциферов13.10.2009
РецензииСПЛИН - "Обман Зрения"Олег Гальченко24.04.2013
РецензииСПЛИН - "Резонанс. Часть 2"Олег Гальченко07.12.2014
Архив"Московский Комсомолец" 28.05-04.06.1998 (СПЛИН)Старый Пионэр21.09.2006

Другие рецензии
   
  Rambler's Top100
 
Copyright © 2002-2018, "Наш Неформат"
Основатель
Дизайн © 2003 (HomeЧатник)
Разработка сайта sarov.net
0.03 / 6 / 0.003