СП в СП (Часть 21. Женя Глюкк. Интервью. Окончание)


...Сначала ему показалось, что шум раздается только внутри его головы. Но когда он об этом подумал, то мир обрушился на него свалкой криков, гудков, стуков и звонов. Свет бил в глаза, а коктейль из всех возможных на свете запахов залепил нос. Человек стоял на самой обыкновенной площади. Кутерьма мельтешащей вокруг него жизни постепенно стала распадаться на отдельные предметы, и первое, что он увидел широко раскрытыми глазами, было круглое как силиконовая грудь, улыбающееся лицо Ритма...

Кофе чередовался с чаем, солнце за окном еще болталось достаточно высоко, пленка имелась в достатке. Коммунальная бабулька прошуршала шлепанцами по коммунальной кухне и направилась в сторону "березок". Из комнаты выглянул Игорь Голицын - новый басист группы. Все было настолько тихо, мирно и прилично, что захотелось добавить в эту идиллию толику негатива. О чем говорить в таком случае? Конечно же, о радио.

Старый Пионэр: Как у вашей группы обстоят дела с радио?
Женя Глюкк: А у нас есть только одна радиостанция, кроме "Радио Рокс" - называется "Наше Радио". Я веду программу "Русский рок" на "Радио Рокс" и являюсь прямым конкурентом "Нашего Радио". Вряд ли Женю Глюкк будут крутить на "Нашем Радио", тем самым рекламируя передачу "Русский рок". Когда у меня программа год не выходила, то наши песни стали появляться на "Нашем Радио", а потом моя передача открылась вновь, и песни из эфира "Нашего Радио" исчезли.

СП: А какие там песни крутили?
Женя: Была "Попса", которую несколько раз ставили. Звучала в программе "Оно вам надо?". Но с ней вообще странно было. У них на сайте "голосовалка" есть. Так в тот раз нашей песни словно и не было. У других какие-то плюсы, минусы, а наша словно и не звучала. А с кем еще взаимодействовать? Остается "Радио Maximum", а "Maximum" - это деньги.

СП: С музыкантов и на радио берут деньги?
Женя: А как же иначе? Либо с лейблом взаимоотношения у радиостанции, либо плати. Можно сделать вид, что у нас как-то иначе, но это так. Я в жизни не поверю, что в крупные ротации у нас берут понравившиеся группы и просто так раскручивают. "Монстров" - да. Если кто-то известный принесет свой альбом, это лишний плюс радиостанции. Или еще может быть группа, которую лично решил поставить в ротацию программный директор. Что, мы будем врать и делать вид, что радиостанции денег не берут? Берут. Ну, как берут... У нас в стране официально нельзя брать деньги с групп за трансляцию, но сотрудничать можно. Соответственно, возникают какие-то взаимоотношения, сложные цепочки, бартеры. А бартер - это те же деньги.

СП: А "Радио Рокс" какие группы поддерживает?
Женя: У меня авторская программа. Тут другая история. У нас нет сетевого эфира. Моя программа поддерживает всех. А собственно "Радио Рокс" поддерживает такие группы, как LED ZEPPELIN, JETHRO TULL, Пола Маккартни. Общий эфир - англоязычный, а программа "Русский рок" выходит пять раз в неделю и обозревает ситуацию. Если бы одна и та же группа у меня звучала пять раз в неделю, был бы повод говорить, что что-то здесь не то, но этого не происходит.

СП: Я не слушаю "Русский рок" просто потому, что не имею такой возможности...
Женя: Правильно. Потому что радио не сетевое. Вот если бы "Радио Рокс" было бы сетевой радиостанцией, тогда информация доходила бы до всех уголков. А так получается, что это все равно местная петербургская ситуация. Петербург, кстати - это город, который продает очень мало компакт-дисков в масштабе страны. По крайней мере, Москва говорит именно об этом.

СП: Что, здесь кислый потребитель?
Женя: Здесь очень выборочный потребитель. Здесь люди покупают то, что они хотят. Петербург и голосует иначе всегда, нежели другие города. Вся Россия - так, а Петербург - эдак. Так же и в музыке. Здесь люди могут не покупать детективы! Я общалась с Татьяной Устиновой, она говорит, что в Петербурге ее книги хуже продаются. Везде - хорошо, а в Петербурге - плохо. А почему? А потому, что человек вышел утром на Невский проспект, у него впереди Адмиралтейство и Эрмитаж. Он посмотрел направо-налево и не захотел покупать бульварное чтиво, а пошел и купил что-то другое. Мне кажется, что именно поэтому. Я так думаю. Или воздух какой-то, или еще что-то. Может, снобизм, правда, присутствует петербуржский. Так долго говорили, что он есть, что, может, он уже и появился. Именно в Петербурге присутствует Андрей Владимирович Тропилло. Если к нему на студию зайти, то там можно услышать совершенно четкое обсуждение какой-нибудь группы, о которой вообще никогда в жизни не слышал. И обсуждают с интересом во взоре, потому что людям это интересно. И совершенно не будут обсуждать группу, которая крутится везде, потому что вообще не считают ее поводом для обсуждения.

Старый Пионэр и Женя ГлюккСП: Ладно, вот Питер такой весь классный, но ведь про тот же очень хороший альбом "Поехали!", который записала Женя Глюкк, знают очень немногие.
Женя: И не могут знать, потому что люди узнают обо всем только из эфиров сетевых радиостанций. Радиостанция "Наше радио" в лице Михаила Козырева, послушав этот альбом, сказала: "Нету песни, которая могла бы быть хитовой". И все. А что я могу на это ответить? Хотя, когда в "Оно вам надо?" звучала вот эта "Попса", все пять дозвонившихся - больше не вывели в эфир - москвичей сказали: "В этой песне остро чувствуется петербургский снобизм, но что-то меня заставляет сказать: Да". Я не знаю точно, как там у них проходит голосование, но, поскольку сама на радио работаю, примерно предполагаю. Нет такого альбома для радио. У нас сетевые радиостанции не обозревают ситуацию. Они не дают людям выбрать и не говорят: "Выбирайте сами". Они диктуют свой собственный выбор: "Слушайте это!" В результате происходит следующее: люди до 20:00 слушают "Наше радио", а потом переключаются на "Радио Рокс", чтобы понять, что на самом деле происходит, а потом - обратно на "Наше Радио". У меня есть несколько постоянных слушателей, человек пятьсот - они звонят мне регулярно. Например, в последний раз позвонил человек и говорит: "Я хотел песню Жанны Агузаровой на "Нашем Радио" заказать, а мне сказали, что только одну из двух предложенных. Хотя я хотел другую". Я говорю: "Ладно, давайте послушаем Жанну Агузарову". А чего не поставить, если человеку хочется? Агузарова что, запрещенные песни какие-то исполняет? Тут все понятно. Будет сетевая радиостанция, которая будет знакомить со всем, что у нас происходит, - будут и люди знать. Я тоже считаю, что мы записали очень хорошую пластинку. Следующая будет еще лучше. Другое дело, что нет выбора особого. Идти можно на три станции: "Русское радио" - но туда надо идти с попсой или чем-то припопсованным - "Наше Радио" и "Maximum". Нет у нас других радиостанций, которые отвечают хоть как-то за рок-н-ролл. Либо нужно рассылать на каждую региональную радиостанцию, а это уже сложнейшая дистрибьюторская работа. У меня такой возможности нет, потому что тогда я брошу писать и музыку, и все на свете.

СП: Ну да. Каждый должен заниматься своим делом. Кстати: радио много времени занимает?
Женя: Я такой человек, что мне нравится сразу делать два-три дела. Когда у меня только одно дело остается, я начинаю скучать. Когда появляется еще какое-то занятие, мне уже лучше, три - еще лучше, четыре - совсем хорошо. Получается, что работа на радио подпитывает что-то другое. А к тому же я организовала процесс так, что он идет по накатанной. Все уже расписано. Я строю своих гостей, когда они приходят. Строю для их же пользы. Я же знаю, что должно быть и как. К тому же, у меня есть "волшебная кнопка", которой можно всегда воспользоваться, если что-то идет не так. Ведь всегда есть риск, - кто его знает, что гость скажет в прямом эфире. Вот пришел Шнуров, я его выгнала. Я в свое время впервые делала эфир группе ЛЕНИНГРАД. И вот Сергей пришел спустя несколько лет по новой, с новой песней, которая начинается со слова... определенного. И вот я его в эфир запускаю, смотрю, а он губы складывает, чтоб это слово произнести. Я тут же его убрала, поставила в эфир какую-то песню и говорю: "До свидания, Сережа. Иди на [это слово]". Он на меня вылупился - я на его языке выразилась. Вышел в коридор, час сидел там, ждал. Я в эфир сказала: "Простите, но Шнурова сегодня в эфире не будет". Потом, как передача закончилась, Серега сказал: "Женька, ты - молодец! Меня вообще никто никогда не выгонял!" Я говорю: "Ты что, офанарел?! Ты пришел на старейшую станцию FM-диапазона. Мы уже 13 лет вещаем. А тебя тут крутили вообще в первый раз, когда ты только начинал свою волшебную и изумительную деятельность. Я тебя нежно люблю, так какого же хрена?" "У меня так песня называется!" А я говорю: "А я в эфире так не говорю. Поэтому и расстались мы с тобой. Я тебя жду для философской беседы, потому как ты умный парень. Вот и приходи ко мне с чем-то таким эдаким, а не со словами глупыми". "Хорошо, хорошо", - сказал он. Мы пожали друг другу руки и разошлись. Теперь у нас впереди только философские разговоры.

СП: Ну, и как, состоялась уже философская беседа?
Женя: Да я его как-то еще не звала. Может быть, придет. Да нет, он действительно хороший парень, Серега Шнуров. Очень профессиональный человек. Все, что он делает по пиару, он делает волшебно.

СП: А все, что он делает по музыке?
Женя: Что значит "по музыке"? У него стиль такой. В этом жанре он работает великолепно. Он жанр такой выбрал. Другое дело, что кому-то такой жанр может не нравиться. Так и должно быть в этом стиле. Он все исполняет с умом и талантом.

СП: А тексты?
Женя: А что тексты? Опять-таки, в том жанре, который он выбрал, если тексты будут несколько сложнее, то часть аудитории отвалится автоматически. Если тексты будут еще тупее, то, кстати, аудитория еще больше увеличится, но это будет более узкая аудитория. Она будет многочисленнее, но уже. Я считаю, что это продолжение ниши Феди Чистякова, что-то такое народное. Все и ждут чего-нибудь такого чистяковского. Конечно, у Чистякова другие тексты, что уж там говорить. Здесь все несколько проще, так у нас и время такое. Значит надо народ воспитывать. Мне тут слово "женитьба" пишут через "д". Пришла группа с названием ЖЕНИДЬБА ФИГАРО. Вот это страшно. А Шнуров абсолютно нормальный человек. Он только на публике ругается матом, а так он спокойный и тихий, дома читает умные книжки и слушает интересную музыку. Двойная жизнь, нормальная артистическая.

СП: А у тебя жизнь артистическая и бытовая разнятся?
Женя: Совпадают. К сожалению. Когда я пишу песню, то я именно такая на данный момент. Но проходит время, я меняюсь, а в этой песне остаюсь все той же.

СП: А на сцене ты снова переживаешь этот день?
Женя: Нет, я на сцене вообще этот день не переживаю. Есть два пути у артиста: действовать согласно искусству представления или согласно искусству переживания. Наша группа - чем она, кстати, отличается от остальных коллективов, - действует согласно западному закону искусства представления.

СП: В такие вещи вмешивается ваш директор?
Женя: У нас нет директора. Получается, что я занимаюсь всеми административными делами. Так же действует, например, и Женя "Ай-Ай-Ай" Федоров из TEQUILAJAZZZ. Мне невольно приходится заниматься административными делами, потому что больше некому. Сейчас мне помогает Игорь Голицын. Он тоже рубит в пиаре. И именно потому, что у нас нет директора, дела идут медленнее, чем хотелось бы. Когда мы думали о проблеме директорства, то поняли, что человек должен быть либо родственник, либо... все равно он должен быть родственник. Другого варианта быть не может, он должен быть кровно заинтересован. Директор обязательно должен иметь прямое отношение к группе. У нас нет системы шоу-бизнеса, где ты приходишь и своим талантом доказываешь что-то. Никому не интересен твой талант. У нас те же хит-парады составляются не путем продаж, а путем личных предпочтений. У нас пиратство процветает - фиг отследишь. Поэтому даже если группа начинает распродаваться, этого никто не знает.

СП: С кем из питерских музыкантов у вашей группы творческие контакты?
Женя: У нас же в Петербурге постоянно творческие контакты друг с другом. Вот сейчас Тропилло пишет эту самую огромную рок-оперу ("Оллипорт") про музыканта, который как раз против шоу-бизнеса. Нас туда позвали, мы что-то попели, записали. Еще куда-то зовут - едем. С Сакмаровым надо поиграть? Играем. Тут всегда так. Своим надо помогать. Если есть время помочь кому-то, почему же не помочь?

СП: Макс Иванов из ТОРБЫ уже отказывается записываться в трибьютах. Ему жалко тратить время на эту безумную волну трибьют-шоу.
Женя: За все время мы записались только в одном трибьюте - в гребенщиковском.

Тут Женя вскакивает и зовет в комнату, чтобы послушать эту песню. В отличие от 90 процентов остального имеющегося на этом трибьюте материала, песня на самом деле производит впечатление. Женя сразу начинает комментировать.

Женя: Мы понимали, что это не для коммерции делается, потому что сам Боб сказал: "Я не против, делайте, что хотите, а я к этому никакого отношения не имею". Вот мы и сделали. Ясно было, что это не будет как-то серьезно промоутироваться, поэтому мы сделали эту вещь изначально для удовольствия. Мы бы ее все равно сделали, даже если бы никакого трибьюта не было.

СП: А Гребенщиков слышал, что у вас получилось?
Женя: А я не знаю. Мы же это не для промо делали. Нам было просто интересно.

СП: А другие предложения по трибьютам были?
Женя: Были. Нам предлагали ГРАЖДАНСКУЮ ОБОРОНУ, но мы не стали делать. Там думать надо было долго. А тут думать было нечего - за один день придумали аранжировку, отрепетировали. На следующий день приехали на студию и все записали. Теперь на концертах играем.

СП: А как с правами?
Женя: Если Борис Борисович придет на наш концерт, мы ему с удовольствием отстегнем процент от нашего гонорара за исполнение этого великого произведения. С наслаждением и без вариантов. Сколько получится от гонорара, столько и отдадим. Я не знаю, как там с правами. Может, клубы что-то отдают? Ну, не бегать же за Гребенщиковым со словами: "Ой, возьмите наши 10 рублей, Борис Борисович, потому что мы поем вашу песню!" На самом деле мы ее пели впервые на упомянутом металлическом фестивале. Теперь, я думаю, будем исполнять ее регулярно. Вообще сама система трибьютов сейчас уже изжила себя морально. Теперь после выхода каждого очередного трибьюта возникает один и тот же вопрос: "А зачем это нужно?" С точки зрения финансового успеха сработал только один трибьют - "КИНОпробы". Вот там было по-настоящему, а все остальное - вдогонку. Вот сейчас делают трибьют группе БРАВО. Там Земфира поет. В свое время Земфира позвонила Агузаровой и спросила: "Жанна, можно я спою с тобой одну песню?" Жанна сказала: "Иди в жопу, Земфира, не надо со мной петь вместе". Тем не менее, Земфира, видно, ее точила и доточила до того, что она споет там какую-то агузаровскую песню. Ну, споет и споет. А насчет БГ... Не, нам надо, конечно, спросить у Бориса. Ну, запретит и запретит, не будем, значит, исполнять. Мы на этом ни имени, ни денег не зарабатываем.

СП: Еще какие-то каверы поете?
Женя: "Электричку" поем. Это которая "опять от меня сбежала". А вообще, если говорить о чужих песнях, то наша группа хотела бы сделать "Ванюшу" Башлачева, как бы это дико или кощунственно ни звучало. Опять-таки, понимаем мы, что это "неформат". Никакая радиостанция не будет крутить эти 11 минут. А мы бы это сделали, как маленькую драматургическую историю.

СП: Как ты сама относишься к форматным временным ограничениям для песни?
Женя: Они глупые и никому не нужны, потому что если хочется послушать кому-то песню, то он будет слушать и 15-минутную. Какой формат?! Если русский рок - это продолжение западной музыки, то где логика? Западные песни длиннее русских. Получается, что у них формат - 5 минут, а у нас - 3 минуты. Получается, что у них люди могут слушать 5 минут без перерыва, а у нас на две минуты меньше.

СП: Значит, у нас люди в полтора раза тупее.
Женя: Не может такого быть - читающая ведь страна. Наоборот получается - чем длиннее, тем тупее. А как же Майк Науменко с "Уездным Городом N" на 14 минут? Решил и записал. И "Иллюзии" у него же тоже песня не короткая. И так далее. Вот на то и существует авторская программа. Кто вообще спросил народ, какой формат он хочет? Говорят, что мы, мол, проводим маркетинг. Никто ничего не проводит. Меня никто никогда об этом не спрашивал. Я - обычный житель Петербурга. По логике кто-нибудь хоть раз должен был ко мне подойти и спросить что-нибудь о радио. Никто не подходил. И точно так же к моим знакомым никто ни разу не подходил. К кому подходят? У кого спрашивают? Это все чистой воды фикция. Или еще вариант - голосуйте по пейджеру, по телефону. Кто эти голоса считает?

Собственно, последний вопрос был риторическим и ответа уже не требовал, но своеобразный ответ, как ни странно, все же раздался. Глас свыше сообщил: "Цигель-цигель, ай-лю-лю!" Время скачет не хуже блох, если собеседник интересный и расставаться не хочется, но у всех нашлись дела, не терпящие отлагательства. Мы срочно повскакали с мест и начали суетиться. Женя предложила на выбор продолжение сегодняшней программы: билеты на концерт группы КОРОЛЬ И ШУТ или посещение ее передачи "Русский рок". От билетов пришлось вежливо отказаться.

...Это было невозможно, но Ритм лукаво улыбался прямо ему в глаза. Через мгновение Человек понял, что смотрит на огромный рекламный плакат на здании напротив. Сверху огромные буквы гласили: "Фирма грамзаписи "Ритмы и Звуки"". По нижней части плаката бежала рекламная строка: "Вы в самом расцвете сил, ваша жена молода, ваш ребенок юн, а Ритм и Звук ..... вечны!"...

Вернуться к предыдущей части статьи

Продолжение следует

Автор: Старый Пионэр
опубликовано 21 мая 2005, 00:58
Публикуемые материалы принадлежат их авторам.
К этой статье еще нет комментариев | Оставьте свой отзыв | Купить диски



Другие статьи на нашем сайте

РецензииЖеня Глюкк и ГРУППА ПРИКРЫТИЯ - "Поехали"Старый Пионэр28.04.2003
РецензииЖеня Глюкк и ГРУППА ПРИКРЫТИЯ - "Поехали"Алекс Драйвер16.10.2003
СтатьиГлюкк vs. Борисова (интервью на "Радио Рокс" 10.01.2004)Екатерина Борисова09.03.2004
СтатьиСП в СП (Часть 20. Женя Глюкк. Интервью. Начало)Старый Пионэр12.05.2005
Музыка (mp3)Женя Глюкк И ГРУППА ПРИКРЫТИЯСтарый Пионэр14.07.2004

Другие статьи
   
  Rambler's Top100
 
Copyright © 2002-2019, "Наш Неформат"
Основатель
Дизайн © 2003 (HomeЧатник)
Разработка сайта sarov.net
0.03 / 6 / 0.003