Татьяна Белоногая: "Музыка - это короткий путь к душе человека"


Впервые я услышал Татьяну Белоногую в мае прошлого года на фестивале "Травень". Тогда она произвела на меня очень хорошее впечатление... Но длительное время обстоятельства складывались таким образом, что я и творчество Татьяны находились в разных, не пересекающихся друг с другом плоскостях.
Месяц назад совершенно случайно (или по капризу судьбы?) в мои руки попал ее позапрошлогодний альбом "Сьвятло І Цені" ("Свет И Тени"). Знакомство с ним побудило найти и скачать всю дискографию Татьяны Белоногой, тщательно изучить все, что о ней есть в Интернете. Перечитав все ее интервью, я понял, что должен взять свое.
Задумано - сделано. Татьяна Белоногая оказалась человеком не просто интересным. Она обладает тонкой душевной организацией и высочайшей эрудицией во всех сферах жизни. С ней можно разговаривать абсолютно на любые темы.
Широта кругозора отразилась и на творчестве Татьяны. На упомянутом "Травне" ведущий Олег Хоменко назвал ее лингвистом, имея в виду не профессию (Татьяна окончила Белорусский государственный педагогический университет им. М. Танка по специальностям "География и биология" и "Английский язык"), а умение работать со Словом. Она пишет песни на свои стихи, а также обращается к творчеству поэтов разных стран, эпох и художественных направлений. Татьяне близки по духу Максим Богданович, Анатолий Сыс, Данута Бичель-Загнетова, Евгения Янищиц, Иосиф Бродский, Марина Цветаева, Райнер Мария Рильке... Правда, в последнее время Татьяна Белоногая сосредоточивается только на белорусскоязычной песне.
Сразу подчеркну: ни о какой конъюнктуре здесь говорить не приходится. Просто в жизни певицы наступил очередной этап. Мне трудно согласиться с теми, кто пытается закрепить за Татьяной Белоногой ореол адепта крайней белорусскости. В том, что белорус разговаривает, пишет и поет по-белорусски, не должно быть ничего удивительного. А уж крайности Татьяне как человеку православному (в данном случае речь идет о православной вере без фанатизма и прочих экстремистских проявлений), глубоко чужды. Любовь к родному языку и культуре своего народа не исключает уважительного отношения к другим языкам и культурам.
Наша беседа протекала спонтанно. Вопросы и ответы рождались на ходу. И в этой импровизации была своя прелесть.


Геннадий Шостак: Готовясь к встрече, еще раз тщательно переслушал все твои альбомы. В дебютный альбом "Там, Дзе Мы" ("Там, Где Мы"), датированный 2004 годом, вошла песня "Свадьба". Ты ее предваряешь краткой репликой: "Самая первая песня, написанная в 16 лет". То есть ты ее написала в 2000 году. Как все-таки быстро летит время! Твой творческий путь продолжается полтора десятилетия. Время подводить какие-то итоги. Таня, как ты сама считаешь - что тебе за это время удалось сделать, а чего бы хотелось?
Татьяна Белоногая: Сначала буду говорить о хорошем. Мне удалось за эти 15 лет побывать во многих странах, познакомиться с очень интересными людьми. Через песни в мою жизнь пришло очень много интересных людей. Мои песни служили своеобразным мостом, через который люди узнавали мою душу, становились мне близки. И я очень рада, что еще пишу песни. Потому что в моей жизни бывали такие моменты, когда я не хотела этим заниматься, думала, что это не нужно. Но в мою жизнь приходил какой-то человек, и я все равно продолжала писать и думала, что, может быть, это какой-то божий знак: что мне надо идти по тропе жанра авторской песни и продолжать петь.
Меня очень вдохновляли участие и победы в фестивалях. Возьмем фестиваль "Бардовская Осень" в Бельск-Подлясском. Я на нем победила в 2004 году. Мне повезло, что я была знакома с Алесем Камоцким. Он заметил меня и пригласил поучаствовать в этом фестивале. И потом Алесь меня всю жизнь вел: всегда поддерживал, советовал что-то почитать, познакомиться с творчеством каких-то поэтов. Могу сказать, что Алесь Камоцкий сыграл огромную роль в становлении меня как автора-исполнителя.
Победа на этом фестивале имела большое значение в моей творческой биографии. Потому что обо мне узнали, и это было новой ступенькой в развитии. Но я для себя всегда ставила цель - записывать то, что мне пришло с неба. Песни ко мне приходят - и моя задача их отдать, записать альбом. Я считаю, что это самая главная задача артиста: отдавать то, что к нему приходит.
В 2006 году я участвовала в польском фестивале "OPPA" и тоже стала победительницей. Призом была запись: на полученные деньги я записала альбом "Дзьвюхкроп'е" ("Двоеточие"), который был бы невозможен без моего участия в фестивале. А поехать на него мне посоветовала Кася Камоцкая, за что ей огромная-огромная благодарность. Кася за меня тоже всегда переживает, что-то советует. Поэтому у меня к ней очень трепетное отношение. Вот что значит - хороший человек посоветовал поехать на фестиваль! (смеется)
Еще я участвовала в таком прекрасном фестивале как "Время Жить" в 2014 году и тоже была лауреатом.
Почему я выделяю эти три фестиваля? Наверно, потому что "Бардовская Осень" - это классический фестиваль авторской песни. Победить в "OPPA" мне помогли друзья, которые тогда жили в Варшаве. Они меня поддерживали, возили по польской столице, - я же там была в первый раз. Поэтому я победила благодаря друзьям. А "Время Жить" проходил в моем родном городе Молодечно. Для меня было очень важно, что этот фестиваль ставит целью развитие творческих инициатив молодежи: время жить, время действовать, время меняться духовно.
За 15 лет я записала 6 альбомов. Меня радует, что я еще остаюсь в жанре.
А что не удалось? (задумалась) Я предпочитаю авторскую песню и хотела бы сотрудничать с музыкантами, которые работали бы не в роке, а в каком-нибудь более легком жанре, с более легкими аранжировками. Можно с уклоном в фолк - с цимбалами и другими этническими инструментами... Вот это мне не удалось. И я немножко жалею, что у меня нет таких организаторских способностей.

ГШ: Ты сама не заметила, как подвела меня ко второму вопросу. Многие твои песни так и просят аранжировки. "Дзьвюхкроп'е" - наглядное тому подтверждение. Тань, не было ли мысли о собственной группе?
Татьяна: Меня очень часто, в каждом интервью спрашивают об этом. Наверно, не вставляет этот вопрос, потому что я на него всегда одинаково отвечаю. (смеется) У меня есть желание встретить таких людей, чтобы они по духу были очень близки. Я бы хотела что-то создать, но в авторском жанре, с красивыми аранжировками и с прекрасными музыкантами. У меня есть такая мечта, но пока нет сильного рвения. Если бы я очень захотела, наверное, что-то было бы. Но пока нет большого желания.

ГШ: Критики относят тебя преимущественно к бард-року. Ты же больше любишь традиционную авторскую песню. Можно сказать, ты последняя из могикан. Этот жанр куда-то стремительно и неумолимо исчезает. На многих в прошлом бардовских фестивалях преобладают акустические рок-составы. Некоторые бывшие барды создают к своим песням синтезаторные аранжировки. А жанр классической авторской песни во что-то трансформируется. Таня, почему, на твой взгляд, это происходит?
Татьяна: Видимо, люди считают, что это красивее, интереснее, ярче... Здесь есть элемент развлечения, расслабления...

ГШ: Да, красивее, интереснее, ярче. Но не душевнее.
Татьяна: Нет.

ГШ: Если же взять старую гвардию белорусских хоть бардов, хоть рок-бардов - есть уже упомянутый тобой Алесь Камоцкий. В бардовском жанре работает и Змицер Войтюшкевич... А вот Кася Камоцкая мне призналась, что не пишет новых песен.
Татьяна: Я тоже не пишу новых песен сейчас. Уже давно.

ГШ: Почему?
Татьяна: Потому что у меня сейчас другой период в жизни. Мне надо очень много сделать на стихи Евгении Янищиц...

ГШ: Давай внесем ясность. Ты, наверное, оговорилась: ты не пишешь не песни, а тексты.
Татьяна: Тексты, да.

ГШ: Ты же так не пугай!.. К Евгении Янищиц мы еще подойдем. Но я не могу пройти мимо твоего русскоязычного альбома "Система Координат", записанного в 2007 году. Лет 25 назад Сергей Гурьев для характеристики творчества Янки, Егора Летова, других сибирских панков употребил понятие "экзистенциальный андеграунд". Мне кажется, под него подпадают и песни из этого альбома. У меня создалось такое впечатление: вот был у тебя любимый человек - и вдруг бросил тебя, ушел... И ты очень переживаешь разрыв с ним. А еще там есть несколько песен на стихи Марины Цветаевой. И вообще, все очень мрачно и безысходно... В твоей жизни был тяжелый период?
Татьяна: Да-да-да. Я думаю, что у всех людей бывает такой период. Очень редко люди не переживают. Если человек стоит очень близко к Богу, он может не переживать. Если же человек очень тонкой душевной организации и еще не пришел к Богу, он будет переживать, думать, впадать в депрессию и все что угодно. А насчет личных отношений - это мой горький опыт.

ГШ: По "Системе Координат" я приблизительно определил, какую музыку ты тогда слушала: это БГ, Кинчев, Ревякин, в большей степени - Башлачёв и Янка. Я прав?
Татьяна: Да.

ГШ: Что для тебя Башлачёв?
Татьяна: Я слушала Башлачёва, играла его всего, перепела весь репертуар.
Начнем с того, что, когда мне было 15 или 16 лет, я приехала работать в Брест в волонтерский лагерь. Кто-то написал статью о Башлачёве в газете "Переходный Возраст". После того, как я прочитала эту статью, мне захотелось его послушать. В Бресте я увидела кассету и купила ее. И когда включила "Время Колокольчиков", подумала, что это вообще какая-то непонятная музыка... Прослушала, быть может, секунд 40 и выключила... Прошло полгода. Я снова включила эту песню - и прониклась, я просто поняла. Во мне созрела эта структура Башлачёва. Когда я его впервые услышала, это была просто встреча. А потом я доросла через полгода. Для меня Башлачёв - это очень много. Если его брать как поэта, все у него очень грустно на самом деле. Мне кажется, Башлачёв - это светлая грусть, это покаяние, это метанойя для России, потому что он русский поэт. Это был какой-то знак людям свыше.

ГШ: А что такое для тебя Янка?
Татьяна: Мне Янка кажется очень депрессивной. Она просто очень чистой души человек. Она не видела света, выхода из этой грязи, как мне кажется. Просто у человека бывают такие периоды, когда ему нужна поддержка, нужен воздух, свет... А кто-то убирает свет и перекрывает кислород. Человек не может просто существовать физически, он должен верить в Бога. У него есть душа. Нельзя верить в другого человека. Другой человек - это грешник, у которого есть плюсы и минусы. А Бог - он может быть опорой. Потому что он есть любовь, он не предаст, он всегда будет с нами. А если ты веришь в другого человека, и этот человек умирает или предает, - все, у тебя заканчивается жизнь. Это конец. Янка - она немножко приоритеты не так расставила. И если бы рядом с ней была личность, которая помогла бы ей увидеть другие системы координат, мне кажется, Янка бы не погибла. Она бы жила и радовала нас своими песнями, у нее прекрасная душа. Быть может, она бы вышла замуж, родила детей - не знаю, была ли у нее по судьбе такая цель... Но, мне кажется, она бы еще могла радовать нас своей прекрасной, чистой душой и песнями еще очень долго. Она очень безвременно ушла. Это не было ее время.

ГШ: Мне кажется, ее творчество созвучно поздней Цветаевой.
Татьяна: У Янки песни очень депрессивны. Она в такой депрессии, будто все в этом мире плохо... На самом деле жизнь прекрасна! Она прекрасна уже тем, что мы живем, что у нас есть друзья, у нас есть небо, у нас есть земля. Надо развернуться немножко в другую сторону.

ГШ: Ты обмолвилась, что вышла из русского рока. Но, познакомившись с творчеством поэтов Евгении Янищиц и Дануты Бичель-Загнетовой, стала переходить к белорусскому языку. Можно об этом более подробно?
Татьяна: Мне кажется, меня Бог привел к нашим прекрасным поэтессам.
Через газету "Переходный Возраст" я познакомилась со стихотворениями Евгении Янищиц. По прочтении первого стихотворения поняла, что это огромной души человек. Я нашла ее книгу. И в 18 лет у меня уже было очень много песен на ее стихи.
А когда мне был 21 год, я пошла в библиотеку и нашла книги Дануты Яновны Бичель-Загнетовой. Я не знала ее раньше. Просто потянулась рука к этой полке, к этой книге... Я открыла и увидела стихи про Рогнеду, про Рогволода, про историю... И - все, я влюбилась сразу. То есть это произошло случайно, но не случайно. (смеется)

ГШ: Благодаря Евгении Янищиц и Дануте Бичель-Загнетовой к тебе пришло осознание своей белорусскости, появилась потребность разговаривать на белорусском языке?
Татьяна: Моя бабушка по маминой линии - из белорусского Полесья. Папа у меня - из деревни Прокоповка Стародубского района Брянской области. На Стародубщине было очень много казаков, украинцев... И там, и там присутствует смесь белорусского и украинского языков. Я не скажу, что выросла в русскоязычной среде. В Полесье смешивались языки и диалекты. Я в этом всем жила. Каждые выходные ездила к бабушке. Мы ее потом перевезли в деревню Слободка под Молодечно... Поэтому всегда был белорусский язык. А в Молодечно вообще все разговаривают по-белорусски. Мои соседи, ребята, с которыми я играла и общалась, - простите, они не говорят по-русски! Они выросли в селе и будут разговаривать, как в селе. Молодеченщина - регион, о котором можно сказать, что это Беларусь. Там люди разговаривают по-белорусски.
У бабушки Жени по маминой линии была огромная библиотека от нашей тети. Там было столько книг на белорусском языке! То есть это передается из поколения в поколение. Это все-таки какая-то нить, связующая меня и наших предков. И книги, которые я нахожу, - это все не случайно. Вот говорят: какая разница, умрет человек, - ну, подумаешь, написал книжку, которая никому не нужна... Это все нужно. Это все живет и будет жить. Связи между людьми останутся навсегда.
Откуда белорусский язык? Потому что я отсюда, с этой земли. И Бог мне показывает, кто я и что я. Я ничто без моей истории, без моей земли, без моей бабушки, без моих книг.

ГШ: Но так уж сложилось, что на территории Беларуси равноправно функционируют два языка. И многие, кто здесь проживает, просто-напросто ленятся изучать белорусский, потому что привыкли говорить на русском. Скажи, а в твоей повседневной практике русский язык присутствует?
Татьяна: Ну конечно. Я считаю, что язык - это средство общения между людьми. Как можно разговаривать на белорусском, если люди не готовы с тобой на нем общаться... Если я и мой собеседник знаем белорусский, почему бы нам не говорить по-белорусски? А если человек не знает белорусского, мы можем прекрасно общаться на русском языке.

ГШ: На днях перечитывал рецензию Витаута Мартыненки на альбом "Сьвятло І Цені", он анализирует поэтическую составляющую твоих песен. Действительно, у тебя можно найти эстетические признаки разных направлений. А не издать ли тебе книгу стихов?
Татьяна: Нет. Мне кажется, моя ритмика - не для книги. Это ритмика все-таки голоса, интонации...

ГШ: Почему ты так редко выступаешь?
Татьяна (смеется): У меня сейчас нет энергии для выступлений. Для того чтобы выступать, надо постоянно меняться, совершенствоваться и людям что-то отдавать. Я не чувствую, что могу настолько часто энергетически наполняться и энергетически наполнять людей. Я считаю, что артист должен энергетически наполнять людей, он ответствен за каждого человека, который пришел на концерт.

ГШ: Ты работаешь на стыке авторской песни и рока. Но, честно говоря, я с трудом тебя представляю где-нибудь в рок-н-ролльной тусовке.
Татьяна: Я не уважаю употребление спиртного в больших дозах. Это может быть рюмочка или две, но никак не больше. Не люблю мат, особенно когда мужчины ругаются при женщинах. Для меня это не приемлемо никак. Мужчина должен относиться к женщине благородно и уважительно, потому что это прежде всего мать.

ГШ: Но как-то так получилось, что ты согласилась спеть с гродненской группой TŁUSTA ŁUSTA.
Татьяна: Ребята меня пригласили, и я очень с большим уважением отношусь к их творчеству. Поэтому и согласилась поучаствовать в записи прекрасной песни на стихи Леонида Дранько-Майсюка.

ГШ: Ну, они интеллигентные панки.
Татьяна: Да.

ГШ: Ты записала альбом песен на стихи Евгении Янищиц. Он будет... Продолжи, пожалуйста.
Татьяна: Он будет моим родным. Этот альбом состоит из песен на стихи моей любимой поэтессы. Я его задумала очень давно. Четыре года тому назад начала серьезную работу над ним, именно запись, еще нашла дизайнера. Мне очень повезло, что я встретила гитариста Юрия Хиловца, который помогает мне в аранжировках...

ГШ: В свое время он работал с Алесем Камоцким.
Татьяна: Да. Юрию я очень благодарна, это человек, с которым мне приятно работать. Я преклоняюсь перед его вкусом, перед его профессионализмом и считаю его одной из самых ярких личностей.
Я благодарна и компании "Будзьма Беларусамі!", которая также помогает мне в работе над альбомом. Он будет включать 28 песен.

ГШ: Часть этого альбома ты представляла в мае прошлого года на фестивале "Травень".
Татьяна: Да-да-да. Там будут стихотворения, которые читает сама Евгения Янищиц. Андрей Янищиц, сын Евгении, предоставил записи.

ГШ: Ты их включила в альбом?
Татьяна: Да. В буклете под текстами песен будут размещаться архивные фотографии, будут аккорды, чтобы желающие могли петь, будут переводы 16 стихотворений на английский язык, будет ссылка на маленький клип... С чего-то надо начинать. Не судите строго, это мой первый диск на стихи Евгении Янищиц. Может быть, когда-нибудь все усовершенствуется...

ГШ: А чего еще кроме альбома могут ждать поклонники Татьяны Белоногой?
Татьяна: Будут силы - подготовлю концертную программу и презентую альбом.

ГШ: Издать его на "БМАgroup", скорее всего, уже не получится.
Татьяна: Может быть, издадим на "Вигме". Не знаю пока...

ГШ: Какой вопрос я тебе не задал?
Татьяна: О чем мечтает моя душа.

ГШ: И о чем же мечтает твоя душа?
Татьяна: Моя душа мечтает, чтобы люди стали добрее.

ГШ: Сейчас буду нарываться на комплименты (общий смех). Каковой тебе видится роль прессы и Интернета в освещении творчества твоего и твоих коллег?
Татьяна: Я люблю музыкальную критику. Считаю, что музыка - это очень короткий путь к душе человека. И важно как написать песню, так и написать о песне. Можно написать рецензию, которая даст крылья. А можно и убить. Поэтому спасибо, что пишете хорошие рецензии, не ругаете музыкантов, поддерживаете. Музыканты очень рады, когда их хвалят, как и любого человека. Хочу сказать, что перехваленных людей нет. Лучше писать хорошие слова. А гадости писать не надо.
Из музыкальной прессы мне очень нравился журнал "Fuzz"...

ГШ: Его уже давно нет.
Татьяна: Нет. Но где-то лет с шестнадцати я читала его регулярно.
Благодаря тебе я познакомилась с Нашим НеФорматом, спасибо тебе большое. Очень интересный сайт, там много материалов, много умных рецензий. Сразу видно, что их пишут профессионалы. Поэтому могу говорить только комплименты. Вы очень серьезно относитесь к работе. Я поразилась обширному кругу описываемых явлений. Меня порадовало обилие стилей, исполнителей, групп.

ГШ: Твои пожелания читателям?
Татьяна: Желаю, чтобы в жизни было много чудес. Вообще чтобы каждый день был чудом. Музыка - она приходит ниоткуда, она рождается неизвестно где, мне кажется, ее Бог рождает. Поэтому я желаю жить, верить в чудо и безграничные возможности музыки.

ГШ: А я тебе от себя лично и от Нашего НеФормата желаю творческих успехов. А еще - чтобы мы собирались на 20-летие, 25-летие, 30-летие твоего творческого пути. И чтобы твои интервью были такими же светлыми и позитивными.
Татьяна: Спасибо.

Фото: Виталий МАТУСЕВИЧ, а также из личного архива Татьяны БЕЛОНОГОЙ

Автор: Геннадий Шостак
опубликовано 22 августа 2015, 02:29
Публикуемые материалы принадлежат их авторам.
К этой статье еще нет комментариев | Оставьте свой отзыв

Другие статьи
   
  Rambler's Top100
 
Copyright © 2002-2018, "Наш Неформат"
Основатель
Дизайн © 2003 (HomeЧатник)
Разработка сайта sarov.net
0.03 / 6 / 0.007