ОКСО И ЭСПАНЦЫ - "Lorca Live"


(с) Выргород, 2010

Оксо - автор зрелый, она отсчитывает свою творческую биографию ещё с 1983 года, а проект, созданный специально для исполнения её песен на стихи великого испанского поэта Федерико Гарсия Лорки - ОКСО И ЭСПАНЦЫ (прежнее название ОКСО И НЕВИДИМКИ), существует уже десять лет. Но первый альбом группа записала только в этом году. Мелодичный бард-рок с элементами фламенко, по-девичьи чистый и гибкий голос, прекрасные гитарные партии, замечательная сыгранность, звук, который приятен даже чисто физически - прохладный и нежный. И гениальные стихи. И всё же...

Но прежде, чем критиковать, скажу о песне, которая понравилась мне больше всего - "Венский Вальс". И хотя Оксо взяла тот же классический перевод А. Гелескула, что и Василий К. в альбоме "Мой Коэн", сравнивать эти две вещи трудно - да и стоит ли? Тяжеловесно-торжественный, пышный, временами даже пафосный вариант Василия (в отличие от лиричного и негромкого коэновского) - и нежный, воздушный вариант Оксо, чуть легкомысленный и волшебный. Кружит и завораживает мелодия, и словно воочию видишь и плачущую на груди гуляки смерть, и тени пьяниц над городом, и вальс, закусивший губы... Тончайшее, почти невозможное соответствие голоса, стихов и музыки - ах, почему, почему не слышно этого во всех остальных треках?! Нет, это не риторический вопрос: ответ у меня есть.

Всё дело в том, что "Маленький Венский Вальс" (а именно так назвал своё стихотворение Лорка) - это стилизация, сказочная Вена Моцарта и Штрауса, увиденная восторженным взглядом романтичного иностранца, Вена - городок в стеклянном шаре, где вместо снежинок медленно кружатся ноты... Такой её увидел Федерико Гарсия Лорка, такой её несложно увидеть и Оксо. В этом они на равных. Увы, только в этой песне.

Потому что в остальных стихотворениях Лорки живёт и дышит Испания, Андалусия, родная для него и далёкая и экзотическая для нас. И на неё нам, хоть разбейся в прах, никак не взглянуть с той же точки, откуда смотрит поэт - разве что бросить всё, уехать и долгие годы впитывать в себя этот горячий воздух, дрожащий над ветвями олив, бархатное дыхание ночи, чужие краски, звучание испанской речи... Но ведь в стихах Лорки немало и того, что понятно каждому человеку, в какой бы стране он ни жил - любовь и одиночество, обречённость и стойкость... Недаром и сама Оксо пишет, что ей хотелось "просто попытаться передать свое ощущение от стихотворения так, как оно преломляется в русской башке. Это взгляд извне, это уже нечто третье - и не русское, и не испанское. Но, по мне, это единственный возможный путь - поймать то общечеловеческое, что тебя затронуло, а не пытаться формально соответствовать чужой, неизвестной тебе культуре".

Мудро. Но уж если следовать этому принципу, то следовать до конца, не пытаться мешать русское с испанским, а полностью отрешиться от того и другого. Стихи Лорки, положенные на хард-рок, на джаз-фьюжн, на любой из тысячи иных, не-испанских музыкальных стилей, могли бы прозвучать необычно, как рискованный, но не без шансов на удачу эксперимент. Но ОКСО И ЭСПАНЦЫ рисковать не захотели... и выбрали фламенко. А это уже стилистическая ошибка, такая же серьёзная, как если бы кто-нибудь из иностранцев решил спеть стихи Кольцова и невзначай перепутал бы плачи с частушками. Потому что поэзия Лорки, по его же собственным словам, выросла отнюдь не из фламенко, а из совершенно иного направления в испанской народной музыке - канте хондо.

Вот что говорил сам великий поэт в лекции, прочитанной в Гранаде 19 февраля 1922 года, на открытом заседании Художественного и литературного центра:

"Канте хондо окрашен таинственным цветом первобытных эпох; канте фламенко - жанр относительно молодой, по эмоциональной глубине он несравним с канте хондо. Там колорит духа, здесь местный колорит - вот их глубочайшее различие... Канте хондо - это только бормотание, только поток голоса, то повышающегося, то понижающегося; это изумительная волнообразная вибрация, которая разрывает звуковые клетки нашей темперированной шкалы, не вмещается в строгую и холодную пентаграмму современной музыки и раскрывает тысячи лепестков в герметических цветах полутонов. В канте фламенко мелодия движется не волнообразно, а скачками; подобно нашей современной музыке, канте фламенко строится на строгом ритме... А канте хондо близок к трелям птиц, к пению петуха, к естественной музыке леса и родника... его звуки доносят до нас обнаженное, внушающее ужас чувство древних восточных народов".

И действительно, тот, кому довелось услышать низкий, глухой, переполненный не столько красотой, сколько глубинной страстью звук канте хондо, уже не перепутает его ни с чем, и отголоски именно этих песен будут неотвязно преследовать его во время чтения стихов Федерико Гарсия Лорки. Лёгкое, изящное фламенко не вписывается сюда - оно лишь искромётно, а в канте хондо горит тяжёлый, испепеляющий огонь.

И именно поэтому в дебютном альбоме ОКСО И ЭСПАНЦЕВ слышится мне... попса. Красивая попса, просто замечательная и при этом даже не пытающаяся раскрыть смысл текста. Там, где у Лорки - рок, неумолимая и непонятная судьба, у Оксо - каприз, прихоть, смутная улыбка, и "Девушка И Ветер" - отличный пример такого обеднения сути.

Можно ли здесь что-то исправить? Не знаю. При всех несомненных достоинствах голоса Оксо, для канте хондо он непригоден - там требуется не только иная манера, но и иной вокальный диапазон. Так что вероятных путей развития только два: либо отказаться от "Эспании" в музыке вообще, либо выбирать стихи, более соответствующие духу фламенко.

А впрочем, всегда остаётся третий путь, самый простой и очевидный: продолжать писать попсу. Ведь звучит-то очень приятно - а что ещё надо?

Автор: Юлия Боровинская
опубликовано 11 октября 2010, 11:30
Публикуемые материалы принадлежат их авторам.
Читать комментарии (40) | Оставьте свой отзыв

Другие рецензии
   
  Rambler's Top100
 
Copyright © 2002-2018, "Наш Неформат"
Основатель
Дизайн © 2003 (HomeЧатник)
Разработка сайта sarov.net
0.02 / 6 / 0.004