Днепровская волна


Признаюсь сразу: большую часть жизни само словосочетание "днепропетровский рок" (далее - просто днепровский) было для меня - и не только для меня - чистым оксюмороном. За пределами города, а тем более Украины до недавних пор и вовсе никаких иностранных слов для обозначения ситуации не требовалось: Днепропетровск на карте распределения центров рок-н-ролльного притяжения попросту отсутствовал.

Чтобы понять причину этого, следует сказать несколько слов о самом городе.

Трудно поверить, но судьбу миллионного полиса после войны определил один-единственный завод: Южный машиностроительный. Тот самый, на котором делались и поныне делаются ракеты. Секретность из производственной необходимости сделалась политической: город был категорически закрыт для посещения иностранцами.

Второй фактор - кадры. В Днепропетровске они решали все; точнее, кадры из Днепра решали все в масштабах не только Украины, но и всего СССР: Брежнев и Щербицкий - лишь наиболее известные примеры. Пройдя через днепровскую школу партийного выживания, можно было сделать весьма завидную карьеру (кстати, и в постсоветское время - вспомним Кучму или Тимошенко - традиция сохранилась).

В любом случае, к 80-м годам Днепропетровск был одним из наиболее укрепленных бастионов партийно-промышленного консерватизма на всей территории европейской части СССР. Абсолютный контроль всего и вся исключал полноценное появление каких-либо очагов неофициальной культуры даже во время горбачевской либерализации; любая информация не только "из-за бугра", но и из Москвы-Ленинграда-Киева доходила скупо, неполно, через десятые руки и с огромным опозданием.

Регулярные попытки играть и петь что-либо свое начались после 1986 года. Выглядело и звучало все это смехотворно; в рок-клубе, созданном местным комитетом комсомола, обретались три группы, о качестве которых лучше умолчать. В городских масштабах везде безраздельно царил провинциальный хэви-метал; альтернативу составляло замкнутое, но достаточно профессиональное сообщество джазменов и свежая поросль молодых пассионариев, сориентированных на те же Питер и Москву. Впрочем, и тексты, и музыка у них были столь же малоинтересны, как у их заклятых врагов-металлистов.

Автор этих строк посильно участвовал в тогдашней борьбе, помогая организовывать концерты и издавая машинописный журнал; с трудом верится самому, но удалось выпустить целых семь номеров. Увы, объективная реальность ракетного коммунизма быстро покончила с нашими иллюзиями. Публики не было, концертов не было, гастролей не было. Честно говоря, групп нормальных не было тоже. Всеобъемлющий тупик. В начале 90-х все герои перестройки либо прекратили выступать, либо уехали.

Неудивительно, что днепровская рок-сцена все-таки появилась благодаря двум людям, выросшим вне города-завода. Антон Слепаков родился в Киеве, учился и свою первую группу создал в Херсоне, Ростислав Чабан - родом из Кировоградской области. Им-то и было суждено сломать незримую днепропетровскую стену, которая оказалась намного прочнее берлинской.

Отсчет новой эпохи следует вести с августа 1997 года. Тогда городские энтузиасты провели однодневный open-air "Карьер". Глубокой ночью на сцену вышел никому не известный ансамбль Я И ДРУГ МОЙ ГРУЗОВИК. Странность названия сочеталась с диковинным минимализмом состава: вокал + бас-гитара + барабаны, ничего лишнего. Однако это трио в первый же вечер покорило всех. Играли жестко, стремительно, ритмически изощренно - в том заслуга басиста Ростислава Чабана. Вокалист Антон Слепаков, рыжий, подвижный и артистичный, танцевал, прыгал, кувыркался, выкрикивая тексты под стать общему впечатлению: "Мои цветные колеса, куда несете меня?.." Это был вызов невиданной дерзости, атака неслыханного артистизма. Публика ревела от восторга. Самое удивительное, что ГРУЗОВИКИ собрались всего на один вечер конкретно для выступления на "Карьере". Как признавался позднее сам Антон, они даже не ожидали, что все пройдет именно так, и поняли, что, конечно, это история далеко не одного концерта.

С тех пор ...И ДРУГ МОЙ ГРУЗОВИК ("Я" из названия исчезло несколько лет назад) стали одной из наиболее известных независимых групп на территории бывшего СССР. Это музыка очень энергичная, часто жесткая, усложненная ритмически, с текстами, варьирующимися в широком диапазоне от дадаистского озорства до почти юношеской исповедальности. Антон сочиняет эти тексты и благодаря врожденному артистизму привносит в каждое живое выступление некоторую театральность. Ростислав, напротив, всегда невозмутим и сосредоточен на музыке: нет такого звука, который бы он не извлек из своего баса, с которым, похоже, родился.

Всего ИДМГ выпустили пять альбомов, а также сплит-сингл (по одной песне от группы) с ДЕТЬМИ ПИКАССО и экспериментальную запись (пять полуимпровизированных композиций) с израильской хардкор-клезмер командой ПАРОХОД И КРУЗЕНШТЕРН.

В каждом более или менее долго существующем коллективе накапливаются идеи, не укладывающиеся в основное творчество; тогда начинаются сольные проекты, затем разногласия и кризисы. Этой опасности Антон и Ростислав избежали, создав новый проект НЕГРУЗОВИКИ, в котором попытались заняться всем тем, чего в ИДМГ избегают. Ростислав взял в руки обычную гитару, а басиста пригласили со стороны. Антон написал очень исповедальные тексты; подчеркнуто электронный саунд с вкраплениями этнических или даже сентиментальных мелодий парадоксально сочетается с этой лирикой. Более того, каждое живое выступление НЕГРУЗОВИКОВ сопровождается видеошоу, которое по мастерскому монтажу, соответствию музыке и парадоксальной образности может считаться образчиком виджеинга. К сожалению, после выхода альбома и успешных выступлений в России и Украине будущее этого проекта остается под вопросом - может просто не хватить ресурсов на полноценную жизнь сразу двух формаций.

Что показательно, интенсивные гастроли по СНГ, выступления в Венгрии (на фестивале "Sziget") и в Финляндии, джемы с такими мастерами современной сцены как Дамо Сузуки, далеко не сразу принесли признание ИДМГ в собственном городе: легче было устроить концерты в столицах, нежели здесь. В связи с этим долгое время в Днепропетровске бытовало мнение, что ГРУЗОВИКИ... киевская группа. Теперь же ИДМГ - "наше всё" и породили немало коллективов-подражателей, где упор делается на работу с ритм-секцией и сложные басовые партии.

Впрочем, недавно образованной группы САХАРА САХАРА это не касается. ИДМГ помогают им менеджерами, музыкантами и даже текстами песен, однако в целом САХАРА практически с первых дней существования обрела свое "лица необщее выраженье", поскольку создана на основе опытного инструментального коллектива САХР. Их преимущество - вокалистка Валя Левченко. Ее голос, тембрально насыщенный и чувственный, очень соответствует той романтичной смеси джаз-рока и трип-хопа, которую САХАРА исполняет весьма напористо и эмоционально, что искупает некоторую абстрактность текстов.

В целом, сложная ритмика, алхимические попытки добыть популярность путем смешивания разных стилей, звуковые эксперименты действительно стали отличительной чертой "днепровской волны"; другое дело, что успехов в этом достигли очень немногие. Однако здесь нельзя не вспомнить об одном малоизвестном, но в потенциале очень достойном коллективе. Их позиция - глухое подполье, то ли осознанное, то ли вынужденное; мои попытки как-то встретиться и поговорить никакого отклика не вызвали. Инструменталисты PEEL OFF THE BASS (Денис Крейчерек, Даниил Прохоров) дали всего несколько концертов, а свой единственный альбом выпустили еще в 2001 году. Однако даже любительская видеосъемка их клубного выступления производит сильнейшее впечатление. PEEL OFF THE BASS играют настолько плотно и мощно, с такой просто шаманской монотонностью, что кажется, еще немного - из закулисных сумерек выйдет призрак Яна Кертиса и запоет о том, как любовь разрывает нас на части. Увы, проявить себя в полную силу PEEL OFF THE BASS не смогли в силу, очевидно, бытовых и денежных причин, так и оставшись в статусе вечно многообещающих талантов.

Из картины всеобщего музыкального усложнения заметно выпадает ГРАЖДАНИН ТОПИНАМБУР - главные рок-весельчаки города. Разработанный в деталях образ пролетарского недотепы, смешного выпивохи и гаера в кепке, зеленой рубашке и красном галстуке (неизменный имидж вокалиста Романа Забуги) они дополняют разудалыми сценическими перфомансами, буйными плясками и коллективной украино-молдавской харизмой. Музыка проста и зажигательна, но иногда в этом разливанном ламца-дрица-гоп-ца-ца пробиваются душещипательные нотки. Дальнейшее развитие сего пестрого организма зависит, очевидно, от того, сможет ли Роман и компания предложить альтернативу своим комическим маскам, склонным быстро приедаться, как все маски: перспективы превратиться как в восточноукраинских MADNESS, так и в очередных эстрадных развлекателей у них пока что равные.

Мой обзор краток - сцена Днепропетровска, учитывая еще и крупные районные города наподобие Днепродзержинска и Кривого Рога, конечно, более насыщенна. Но ее опорные точки, группы, так или иначе задающие тенденции в масштабах всего города, мною названы. Что позволяет сделать некоторые выводы.

Город генсеков и ракет не породил своего протеста и остался в стороне от всех бунтов и потрясений последнего двадцатилетия. Дары свободы были усвоены запоздало, без лишнего шума, но с замечательными результатами: есть свои звезды и свой андеграунд, свои эстеты и свои простаки, стилевые особенности и ненаигранная оригинальность. О том, насколько нова днепровская волна, можно спорить; но как самобытное, целостное явление она состоялась.


Фото: с сайта gogolclubs.livejournal.com (3,4), с сайта topinambur.org.ua (1,7) и Елены БЕЛЕНТЬЕВОЙ (2, 5)

Автор: Дмитрий Десятерик
опубликовано 30 июля 2010, 10:49
Публикуемые материалы принадлежат их авторам.
Читать комментарии (6) | Оставьте свой отзыв

Другие статьи
   
  Rambler's Top100
 
Copyright © 2002-2018, "Наш Неформат"
Основатель
Дизайн © 2003 (HomeЧатник)
Разработка сайта sarov.net
0.02 / 5 / 0.002