"Ленинская Смена" (Горький) 19.05.1994 (МЕРТВЫЕ ДУШИ, "Индюки", NEVERLAND)


Экстра-текст

Группа МЕРТВЫЕ ДУШИО «Мертвых душах» надо писать, как пишут о покойниках: либо хорошо, либо вообще не писать. И не потому, что «Души» находятся в состоянии развала. Отсутствие Мишеля — дело временное. Просто при всей кажущейся грубости эстетика «Душ» тонка и весьма ранима. Неосторожное слово может свести на нет все, что они делают, все, о чем они нам пытаются рассказать. Тогда уж лучше слушать, но и тут есть проблемы. Бешеная энергия Никифора, чисто панковский саунд и тому подобные вещи отрывают от смысла текстов. Когда «Мертвые души» на сцене, большинство предпочитает «оттянуться в полный рост», а тексты — это уже второй план. Так, партия для голоса без учета интеллектуальной нагрузки.

Жаль. Тексты Никифора заслуживают особого внимания. Они не менее круты, нежели музыка «Душ». Не стоит их сравнивать с уже известными образцами — дело это никчемное.

ЗВЕРИ
Окна и стены заляпаны сном,
Лица от ветра закрыты окном.
Оно с неба скажи два слова, чтоб стало смешно,
Чтоб звери смеялись.

Ночью проснуться и так обмануться,
Так обознаться и так навернуться.
Эй, посмотрите — над нами смеются,
Звери смеются.

Хлеба в молочную жидкость накрошим,
Ты станешь хорошим, я стану хорошим.
Пусть звери смеются.

ЦВЕТОЧНЫЙ ГОРОД
Очи твои в этом сумрачном мае
Не закрываются и их закрывают.
Я открываю, я поджигаю,
Я говорю, а ты не отвечаешь.

На руки твои морщинистой стаей
Мухи слетаются и не улетают.
На лицо твое в этом медленном рае
Снег опадает и не тает.


«Индюки» летят в столицу

«Где наш Тютик? Что мы без него будем делать? Как мы узнаем, что все замечательно?..»
Кирилл Комаров «Тютик».


То ли в центр потянуло, то ли, повинуясь привычке не обманывать ожидания, подтверждаемые анекдотом «А куда идут слоны?», но собрались «индюки» в начале апреля в столице на фестиваль с одноименным названием, где под строгим присмотром «птичниц» и прочего начальства напелись и налетались в свое удовольствие.

К Александру Кушниру и Сергею Гурьеву на этот раз в сотоварищи попал Кирилл Азимов («Обжектив и мьюзик»), триумвират же порешил пригласить двадцать групп, в отборе которых руководствовался исключительно личными симпатиями. А посему на сцене появились «Столица» и «Периферия», причем последняя с явным количественным и качественным превосходством.

Москву представляли пять групп. «Танго» и «Добролет» произвели впечатление, как нечто цельное, неделимое и... скучное своей добротностью. К ним же примыкала «Ундомиэль», новый проект хорошо известного гитариста «фрипповской» ориентации Андрея Сучилина. «Ногу свело» отнюдь не обрадовали новыми идеями, а усиленно раскручиваемая Гурьевым «Резервация здесь», играющая панк, обратила на себя внимание исключительной запрограммированностью всяческих фраз и жестов, рассчитанных на популярность.

Питерские мэтры: «Телевизор», «Народное ополчение» и «АукцЫон». «Телевизор» опять сражался, но никто не понял, с кем и зачем. «Время менять звезды», «Народное ополчение» — панк-попс на профессиональной основе, приправленный табуированной лексикой из словарного запаса Алекса Оголтелого. Выступление «АукцЫона», представляющего изумительный альбом «Птица», прошло «на ура», чего, собственно, и следовало ожидать.

Екатеринбург представляла невыразительная группа «Августейшая». В струю питерцам попала «Теплая трасса» (Барнаул), отстаивавшая свои права на что-либо, на очередной студийный альбом, видимо... Радовало выступление украинских команд, еще раз подтвердившее тезис «Не хай живэ Украина». «Мынула Юнь» (ивано-франковская группа) мощно отыграла свою программу, которую привычно называют «гуцульским хард-кором». «Разные люди» без Чижа и барабанщика Алексея Сечкина (его временно заменил москвич Лев Худошин) играли, однако, с огромным успехом. Александр Чернецкий представил несколько новых вещей, которые прямо-таки обречены на успех — «Эй, малый, эй», «Деньги — папиросный дым» и т. д.). Интересны и необычны были медитативные баллады киевской группы «Фома», довольно интересна была и «Казма-Казма», играющая нечто вроде средневековых маршей.

Пермь представляла «Пагода» — авангардный джаз-театр с огромным количеством молодых, но игравших профессионально музыкантов. «Акклюзия» (Воронеж) показала настоящий простой реггей без всяческих проблемных загрузок и правоверного растафарства. Для Николая Петрина реггей — просто веселье, оттяг, радость — не более.

«Хламкин едет в Израиль» (Рига) — лучшее выступление фестиваля, плюс к этому сопровождающие, среди которых была еще одна превосходная группа «Валера, это риск», выступившая после «Хламкина» с тремя вещами, блестяще, однако, сделанными, нечто в духе Тома Уэйтса с элементами реггей и привкусом декадентства.

И наконец действо, к музыке не имевшее никакого отношения — «Нуклеар Лось». «Ведмедь — не ведмедь», а на ногу встанет — в ушах зазвенит; последствия непредсказуемы: у одних прорезывается абсолютный слух, у других — пожизненный вывих колена. Да, мало кто смог выдержать эту пытку.

Так зачем же летят «индюки»? Работать, даже ежу понятно, что обсуждения не будет, а призов тем более. Хоть поиграть дадут. Журналисты, которые, между прочим, тоже к «индюкам» отношение имеют, почему-то вынуждены перебазироваться в рабочее время на подоконники, после чего обнаруживается, что многие не вернулись.

А поэтому воспоем славу «индюкам», которых по весне часто тянет в столицу.

Екатерина БОРИСОВА, Татьяна ХРИПКИНА


Братья по духу

Тихий и спокойный Брянск до сих пор не значился на скудной карте нашего рок-н-ролльного государства. Но в 1994 году у Брянска появился шанс разродиться сенсацией по части музыки. И шанс этот появился благодаря четырем парням, выступающим под жутко притягательной вывеской NEVERLAND.

Так уж получилось, что Брянск эпохи Возрождения, то бишь перестройки, не дал миру сколь-нибудь значащих групп уровня «Чайф» или, на худой конец, «Сектора Газа». Отдельные личности, типа Александра Чернякова, украшавшего «Черный кофе» первого созыва, взрастали на брянской земле. Но сии события были редки и по глобальности бледнели с рок-н-ролльными гейзерами Свердловска или Харькова. Не скажу, что Брянск скуден талантами. Просто отсутствие коллективного мышления и мелкий масштаб карты не позволял Брянску разродится чем-то значительным и где-то даже концептуальным.

Но нынче времена немного видоизменились. Питер и Москва живут на проценты с капитала бурных 80-х. Мэтры, вроде Шевчука и Б. Г., достойно загнивают на столичных подмостках, а взоры российской тусовки обратились к периферии, давно воспетой Юрием Юлиановичем. Естественно, что при таком раскладе Брянску грех было бы оставаться в стороне. Вот тогда-то и появилась четверка ребят, решившихся вырваться за пределы своего уютного города.

Все начиналось по хорошо знакомой схеме: полуподвальные сэйшны, творческий разброд, хроническая смена состава в попытке обрести собственное лицо. Вот только ориентировка на Запад, а не на Цой — Кинчев — Гребную музыку спасала новую группу от полного забвения. К тому же было и еще кое-что. Ребята послали куда подальше соц-артовские разработки поэтических корифеев обеих столиц и решили свои мысли облекать в более доступные и понятные нашему уху английские предложения.

На этом можно состроить кислую мину и изящно махнуть ручкой: «Было, мол, плавали! Знаем!» А собственно, господа, что мы знаем? «Кроссроудс»? «Фантазм»? Или блестяще-непонятный жаргон парней из «Ногу свело»? Вот и выходит, что ни хрена мы не знаем, но вид у всех зело умный.

NEVERLAND не побоялся оторваться от корней и остаться в гордом одиночестве. Они превосходно разобрались в эстетике DOORS и ROLLING STONES, а разобравшись, решили от этой эстетики далеко не отползать. А теперь представьте себе Моррисона, творящего на великом и могучем. Представили? Вот и ребята из NEVERLAND себе этого не представляли. Отсюда и тексты на английском.

В полной мере группа заявила о себе зимой прошлого года. Большой сольный концерт, да без «солянки», да зал битком — для Брянска это уже если и не «монтана», то Вудсток — на все сто! Стали поговаривать о сенсации, и она-таки случилась. NEVERLAND были признаны лучшими на первом рок-фестивале в Брянске. Причем NEVERLAND шли вне конкуренции, и остальные тридцать с лишним команд могли бороться лишь за почетные вторые, третьи и прочие места.

Засветившись на фестивале, NEVERLAND обратили на себя внимание своих московских коллег. На данный момент идут переговоры о приезде группы в первопрестольную, дабы всколыхнуть закисшую московскую тусовку. Однако нет розы без шипов. Группа при несомненном успехе до сих пор не может записать полновесный альбом. Причины стары, как мир — деньги, вернее отсутствие таковых. Что делать, господа, рынок, как говорится, вот и весь базар.

Сейчас четверо музыкантов работают над новой программой. Вполне возможно, что они посетят Нижний. Но это в будущем. Брянск своего шанса не упустил, и, возможно, еще одной классной группой в России станет больше.

P. S. Кстати, о составе группы. Павел Цуканов — ударные, Сергей Осипов — гитара, вокал, Алексей Соболев — вокал, Сергей Логвинов — бас, вокал. Скромно, но со вкусом.

В. Д.

Автор: Старый Пионэр
опубликовано 26 июля 2006, 16:37
Публикуемые материалы принадлежат их авторам.
К этой статье еще нет комментариев | Оставьте свой отзыв

Другие записи архива
   
  Rambler's Top100
 
Copyright © 2002-2018, "Наш Неформат"
Основатель
Дизайн © 2003 (HomeЧатник)
Разработка сайта sarov.net
0.03 / 7 / 0.007